У кабинета уже выстроилась очередь. Пациенты обращались по самым разнообразным причинам, от изжоги до насморка. От нее требовалось немного – подавать и обрабатывать инструменты и выдавать лекарства, согласно предписаниям доктора.
Работа шла своим чередом. За первым пациентом последовал второй, третий…
Наблюдая, с каким терпением Хренов выслушивает и дает рекомендации, Кристина пересмотрела свое пренебрежительное отношение к терапевту. Пусть не самый талантливый и излишне увлекающийся антисептиком, зато в любой ситуации он оставался истинным доктором. И в этом она окончательно убедилась после визита парня из гаража. Пострадавшего привели друзья-механики. Голова, лицо, шея – сплошь залиты кровью. С разбегу и не разберёшься в чем дело. Из сбивчивых объяснений сопровождающих выяснилось: бедняга лежал под капотом, когда отскочила деталь и рассекла ему лоб.
– Повезло, вскользь прошла, – резонно заметил один из ребят и вытер рукавом чумазое лицо. – А так бы череп пробило.
Тем временем Хренов с невозмутимостью бегемота принялся обрабатывать рану. Время от времени он давал четкие указания, что подать, где промокнуть. Кристина старалась действовать быстро, но чудовищный порез, рассекавший лоб на две части и лохмотья кожи, сильно отвлекали ее внимание. Столь же бесстрастно терапевт взялся за хирургическую иглу, стягивая особыми нитями края пореза. В этот момент он даже что-то насвистывал себе под нос, а вот друзья-механики заметно взбледнули и скопом вывалились из кабинета. Заметив это, доктор весело подмигнул ассистентке и с воодушевлением продолжил «штопать» несчастного. Через пять минут все было готово, а перебинтованный пациент, без конца благодаря и желая здоровья, пятился к дверям.
Когда время приема подходило к концу, на пороге показалась Дарья. Девушка выглядела нервной и какой-то помятой, словно всю ночь не спала. Едва заметив Кристину, раздраженно заявила, что при посторонних говорить не станет. Вздохнув, Хренов отпустил помощницу и остался с пациенткой один на один.
Ни капли не обидевшись, Кристина с облегчением покинула кабинет. Симпатий к Дарье она не испытывала. Впрочем, это было взаимно.
Дока она нашла в лаборатории. Вместе с окулистом они о чем-то ожесточенно спорили, как вдруг с улицы донесся крик, а через секунду его подхватил еще с десяток голосов. Обмерев от ужаса, Кристина встретилась с напряженным взглядом коллег. Мужчины тут же вскочили и выбежали на улицу.
Вокруг творилась полная неразбериха. Люди куда-то бежали, а морозный воздух продолжал вибрировать от разноголосых криков. В сгущающихся сумерках, не разобрать, то ли они убегали от кого-то, то ли напротив спешили на помощь.
– Визгуны?! – раздалось откуда-то сбоку.
– Неужели на лагерь напали? – ни живой, ни мертвый от страха прошептал окулист.
– Что случилось? – остановив какого-то паренька спросил Док.
– Подмосковье вышло на связь!
В ту же секунду лицо Дока изменилось до неузнаваемости, казалось, его вот-вот хватит удар. Никто из коллег до сего момента не видел его таким взволнованным.
– Подмосковье?!
– Да, кажется, на позывные ответила военная база из Наро-Фоминска.
Теперь уже Док со всех ног помчался к Арсеналу. На первом этаже находился пункт радиосвязи и, если кто-то и мог дать более точную информацию, так это радист.
Толпа все прибывала и вскоре возле здания собралось не меньше тысячи человек. К ним вышел Соколовский и объявил, что все правда. На связь вышла военная база, но подробностей пока сказать не может, поскольку именно в этот момент радист общается с их связным. Как только что-то станет известно, он непременно сообщит.
Постепенно люди начали расходиться. И только Док, устремив напряженный взгляд на окна Арсенала, продолжал неподвижно стоять на месте. Кристина легонько дотронулась до его плеча.
– Док, пойдемте. Сейчас нам все равно ничего не скажут.
– Вы идите, я еще подожду. – едва слышно пробормотал мужчина.
– Замерзнете…
Кусая губы, Кристина недоумевала, что нашло на патрона. Наконец, тот обратил на нее внимание.
– Спасибо, дружок.
Привычным жестом мужчина снял очки, потер уставшие глаза и внезапно улыбнулся, вглядываясь куда-то вдаль.
– Знаешь, я никогда не говорил, у меня ведь есть сын. Ему в августе исполнился год. – Заметив, как вытянулось лицо девушки, он кивнул. Никогда до этого они не говорили о личном – семье, друзьях. Для Кристины он всегда был просто ангелом, возникшим из глубин подземки. – Мы с женой жили недалеко от Наро-Фоминска. Возможно, они успели укрыться на военной базе.
– Док… – прошептала Кристина, но осеклась.
…У меня есть сын, он сказал это так, будто тот все еще жив…
Только сейчас она в полной мере осознала, что за упорством, с каким Крамар пытался найти вакцину, кроется настоящая боль. Все это время мужчина боролся с усталостью, сомнениями, шел на унизительные переговоры с Соколом, по крупинкам выторговывал оборудование, книги, собирал коллег на мозговые штурмы, с одной-единственной целью, вернуть себе семью, затерянную где-то под Москвой.
***