Этой ночью солдаты третьего батальона впервые увидели своего командира в действии. Он сразу же завоевал их уважение своей храбростью и полным презрением к смерти.
Днём, двадцать четвёртого сентября, с запада показался боливийский бомбардировщик. Снизившись, он сбросил ящики и мешки, которые упали на территорию форта.
— Эх, не повезло нам сегодня! «Болис» всё сожрут! — огорчился сержант Лескано, наблюдая за самолётом в бинокль.
Вечером двадцать четвёртого сентября парагвайцы взяли в плен боливийского сержанта Бритоса, который, выполняя задания командира гарнизона Бокерона майора Марсана, вышел из форта с целью добраться до фортина Лара. Сержант должен был доложить боливийскому командованию о ситуации, в которой находились защитники Бокерона.
Во время допроса Бритоса выяснилось, что парагвайская артиллерия полностью разрушила колодец пресной воды, находившийся внутри форта. Вместе с продуктами питания и медикаментами солдаты гарнизона получили листовки подписанные генералом Кинтанилья, в которых он требовал от них продержаться ещё десять дней. Также пленный признал, что у защитников форта осталось совсем мало патронов и снарядов.
После анализа этой информации, подполковник Эстигаррибия принял решение предпринять «последний и решающий штурм Бокерона».
На участке в двести метров была сконцентрирована вся парагвайская артиллерия, которая начала ураганный огонь по форту. Затем в атаку в этом секторе перешли пехотинцы некоторых рехимьенто. Батальоны капитана Орефьева-Серебрякова и капитана Ариаса в этом штурме участия не принимали.
В отдельных местах парагвайцам удалось приблизиться к боливийским траншеям первой линии обороны на расстояние двести метров, где они, используя рельеф местности, создали плацдармы для последующих атак. У защитников Бокерона уже не было ни сил, ни патронов, чтобы их выбить оттуда.
Двадцать восьмого сентября капитан Орефьев-Серебряков получил приказ произвести атаку неприятельских позиций в секторе напротив флагштока, на котором развивался боливийский флаг. Василий, выслушав командира рехимьенто, ответил:
— Да, мой майор!
Орефьев-Серебряков вёл свой батальон в указанный сектор. Уже на подходе к первому «острову» его вдруг пронзила мысль: «А как же мне приказал майор? Обойти первый и второй «остров» и затем начать штурм или ударить по боливийцам между «островами»?»
— Не понял я приказа! Не понял! Ведь майор так быстро говорил… Ну, я и дурак! — в сердцах ругал себя Василий. — Что теперь делать? Ладно, обогнём второй «остров», а там видно будет.
Солдаты спешили за своим командиром батальона. Справа от них шёл ожесточённый бой, и все понимали, что надо торопиться. Обойдя второй «остров», третий батальон Второго пехотного рехимьенто вдруг вышел в тыл Шестого пехотного рехимьенто, штурмовавшего форт. Теперь Орефьев-Серебряков понял, что наступать им надо было в секторе, который находился между «островами».
— Возвращаемся назад! Бегом! Бегом! — приказал он удивлённым командирам рот.
— Стоять! Всем на месте! — вдруг послышался громкий голос. Это был незнакомый старший лейтенант в чистом и выглаженном мундире. Его сопровождали три солдата.
— Я офицер по личным поручениям командира Первой дивизии, старший лейтенант Ороньо. — представился офицер, отдавая Василию честь.
— Капитан Орефьев-Серебряков, исполняющий обязанности командира третьего батальона Второго пехотного рехимьенто!
— Мой капитан, Вас немедленно требует к себе комдив! Пойдёмте со мной! Ваши солдаты должны остаться здесь! — тоном приказа сообщил старший лейтенант.
Командиром Первой дивизии оказался высокий и худой, лет тридцати пяти майор, с озабоченными глазами и морщинистым лбом.
— Капитан, мне доложили, что вы со своим батальоном бродите по тылам в то время когда идёт решающий штурм форта! Что происходит? — возмущённо закричал комдив.
— Прощу прощения, мой майор! Я не правильно понять приказ командира рехимьенто, — объяснил Василий.
— Как не правильно понять!
— Я получить приказ наступать на сектор, где флагшток. Но я понять, что надо наступать после, как обогнуть два «острова».
— И что вы собираетесь делать сейчас, капитан? — ехидно осведомился командир дивизии.
— Батальон выполнять ваш приказ, мой майор!
— Хорошо! Очень хорошо! Сейчас срочно атакуйте боливийские позиции на правом фланге Шестого пехотного рехимьенто. Этот сектор как раз и располагается у кромки второго «острова». Повторите мой приказ, капитан!
— Атаковать позиции противника там, где есть правый фланг Шестого пехотного рехимьенто, мой майор!
— Выполняйте, капитан!
— Да, мой майор! Я немедленно выполнять ваш приказ! — Василий отдал комдиву честь и бегом направился к своему батальону.
На позициях уже никто не стрелял. Очередная парагвайская атака была отбита. И вдруг в этой напряжённой тишине раздался громкий голос Серебрякова-Орефьева:
— Примкнуть штыки! За мной в атаку! За Парагвай!
