— Считаешь, Халиф помогает нам усовершенствовать себе боевые подпрограммы и затем с их помощью постарается завоевать мир? — с легким смешком спросил Шаймони. — Сценарий «Терминатора» здесь полностью исключен. Это вам не «Скайнет». Халиф бессилен без Сопряжения в реальности. Он полностью зависим от нашего программного обеспечения. И еще один момент…
Старый ученый направился вдоль коридора, где стояли экраны в полный рост, с объемными моделями разных причудливых существ. Он поманил за собою Асламбека, остановился у самого дальнего экрана.
— Это Кара. — сказал Шаймони едва не шепотом.
— Кара? — тоже прошептал Асламбек и глаза его сами собою расширились от нескрываемого изумления, а руки слегка задрожали.
Перед ним в экране медленно проворачивалась очень качественная и детализированная 3D-модель невысокой рыжеволосой девушки. Она была одета в шелковую черную рясу, от головы в стороны шли четыре пышные рыжие косы. Нежное лицо украшала наивная детская улыбка. Глаза же закрывала синяя повязка с золотыми орнаментами.
— Наш последний, самый совершенный объект, — сказал Шаймони. — Если что-то пойдет не так, будет задействована Кара. Ее создали уничтожать все остальные формы жизни цифрового измерения. Это наша красная кнопка ликвидации проекта. Наша страховка.
Он искоса посмотрел на Асламбека и не без удовольствия заметил на его лице мистический ужас.
— До завтра, уважаемый Асламбек. Приходите прямо утром в мой кабинет, и мы с вами продолжим тестирование образцов. Асламбек?
— Конечно, господин Шаймони, — ответил Асламбек, отвлекаясь от разглядывания последнего и самого совершенного образца лаборатории «Агат». Впрочем, тренированная визуальная память позволяла, раз увидев объект, затем держать его в закоулках сознания еще долгое время. — До утра.
***
Тейлитэ прервала сеанс выдергивания памяти из сознания Визиря на этом моменте. Ей потребовались разъяснения.
Протяжно вдохнув воздух, словно вынырнул после минутного погружения в воду, Визирь очнулся и уставился на девушку. Некоторое время он приходил в себя и пытался понять, где сейчас находится и зачем. Тейлитэ терпеливо дождалась, пока он полностью не очнется от показа воспоминаний.
— Мне потребуется дополнительно узнать о личности Кары, — сказала она. — Почему ты так нервно среагировал, увидев ее?
Визирь встал и направился к подсобному помещению. Там налил неизменный чай в кружку. Выпил, опершись о косяк двери и задумчиво глядя в потолок.
— А эта свадьба, свадьба, свадьба, пела и плясала. И крылья эту свадьбу вдаль несли… Знаешь такую песенку?
— Не знаю.
Визирь отпил еще немного чая, слегка обжигая губы.
— Это давняя грустная история. Я родом из дальней горной деревни. Там до сих пор сохранен уклад средних веков. Мой отец был видным военачальником, но со временем не повезло, начался переворот, ему пришлось покинуть столицу и скрыться в деревне, среди родственников. Там мы и жили, смиряясь с судьбой. У меня была большая и дружная семья. Однажды к моей сестре посватался солидный чиновник и мы решили, что это возможность вернуть положение отца. По традиции, невесту сопровождают к дому жениха всей деревней праздничной процессией…
Визирь нервно дернул щекой. Воспоминания все еще бередили ему душу.
— Американские летчики, забери шайтан их душу. Они приняли свадебную процессию за… не знаю, за что можно принять свадьбу, о боже. В общем, я очнулся через полчаса после их налета, меня оттащили прочь жители соседней деревни. Думали, что я мертв. Я единственный выжил в этой бомбежке. Всех остальных уничтожили. Превратили в равномерный фарш посреди дороги.
Снова глоток и продолжение истории. Визирь уже полностью взял себя в руки и говорил четко, почти бесстрастно. Только с легким сумасшедшим блеском в глазах.
— Потом я стал воином и ушел в войско «Черного солнца» и служил им всею душой. Я вырезал много гнилых американских сердец. Особая сладость — вскрыть горло их летчику. Со временем я стал забывать погибших родственников, семью. Их лица постепенно таяли, пропадая во мгле забытья, хотя память у меня прекрасная. Утром того дня, когда Шаймони предложил поучаствовать в его проекте, я проснулся и понял, что забыл, как выглядят глаза моей сестры. Какого они были цвета.
Тейлитэ постучала пальцами по столешнице. Напомнила:
— Я спросила тебя про Кару. Отчего…
— Ее звали Карина, — ответил Визирь. — И это моя сестра. Даже с повязкой на глазах я узнал ее тогда.
Шаймони был в гневе. После ухода Асламбека он устроил настоящий разнос — сначала Халифу, а затем и всей группе разработчиков. Шаймони держал себя в руках только при главе группы охранения. На самом деле его дико взбесило, насколько быстро положил Асламбек в учебном бою его тщательно выпестованных воинов из цифрового измерения.
