— От этого будет зависеть его лояльность, — сказал своему создателю Халиф и совершенно не солгал. — Позволь ему это сделать.
— Кара — оружие для остановки эксперимента! — пояснил Шаймони. — Если ее включить сейчас — она попросту закроет нашу работу и нас раздавят в этой лаборатории танки противника. Нет! Вопрос закрыт.
Чтобы не слушать доводы и уговоры Асламбека, Шаймони развернулся и поспешно вышел из зала, раздавая по пути отрывистые команды своим помощникам.
— Решай скорее, Визирь, — сказал за спиной Халиф. — Как только операция начнется, наши договоренности превратятся в пыль. И я ни за что не поручусь.
Асламбек все еще лихорадочно раздумывал. Он был слишком подозрителен с ходу принимать доводы Халифа. Но в то же время, давным-давно потеряв свою семью, уже и не надеялся вернуть из нее хоть кого-то. А шанс теперь вновь обрести сестру помогал справиться с целым ворохом внутренних душевных переживаний. Он так и не смог забыть тот авианалет и умирающую родню на пыльной грязной дороге. Что по сравнению с этим жизнь Шаймони с его шайкой ублюдочных ученых? Ничто.
— Я еще раз посмотрю на нее и твердо приму решение, — ответил Халифу Асламбек, направляясь в коридор. Там, где в числе прочих фигур, застыла его покойная сестра.
Украдкой бросил взгляд вдоль коридора. Никто на него не смотрел, ученые с головой погрузились в подготовку своего зловещего эксперимента.
— Знать бы точно, что ты — это ты. Хоть какой-то знак, какой-то намек. — шепнул Асламбек. Модель его сестры продолжала медленно проворачиваться на холодном экране в человеческий рост. Ни эмоций, ни чувств. Полностью отрешенная от мира людей.
— Решай быстрее! Быстрее! — раздался по коридору уже вполне ощутимый, реальный голос Халифа, хотя ранее он не мог вырваться из своей территории.
Затем его крик сменился шепотом.
— Хотя все. Уже поздно…
***
Герхард Штурм, младший офицер при комиссии ОБСЕ приехал в центр захваченного города в составе военной делегации на двух броневиках голубого цвета в сопровождении внушительного отряда местного ополчения.
Армия Освобождения Родины еще добивала «Черное солнце» на окраинах, слышались короткие очереди, глухие взрывы. Иногда вступали в дело и танки: долго не мудрствуя, штурмовые отряды сравнивали их пушками засевших в домах врагов.
Танковая рота с ходу ворвалась на центральную площадь, раскатав в лепешки «шайтан-арбы», джипы со станковыми пулеметами. Теперь стволы орудий древних советских Т-55 недвусмысленно смотрели на трехэтажное аккуратное здание в европейском стиле — следы хозяйничанья в здешних местах французских колониалистов. Хотя после той кровавой чехарды, что началась после их ухода, про французов теперь уже поминали добрыми словами. Называя уже не попирающими независимость деспотами, а властью, при которых был порядок и с дорог хотя бы трупы вовремя убирали.
Теперь в здании находилась местная городская администрация, которую сейчас фанатики «Черного солнца» превратили в опорный пункт и решили в ее стенах крепко наподдать штурмующим перед славной гибелью. А если повезет — то и продержаться до подхода подкреплений из соседних населенных пунктов. Территория у «Черного солнца» была огромной, армия состояла из крепкой профессиональной и высокомотивированной пехоты. Очень мобильной, благодаря куче трофейных броневиков и джипов. Потому был шанс дождаться контрудара.
— Мы ведем свой репортаж с места событий! — орала в микрофон репортерша в военной форме и каске. Оператор держал ее в камере на фоне разбитых окон здания администрации. Танкисты с азартом всаживали в него снаряд за снарядом. Уже просто для картинки на ТВ, поскольку ответа из здания не следовало. То ли затихарились, то ли уже все поумирали, поскольку осколочно-фугасный заряд в замкнутых помещениях творит чудеса.
— Головы пригибайте, может работать снайпер, — буднично предостерег членов комиссии глава штурмового отряда, то ли с прозвищем, то ли с реальным именем Альварес. Позеленев от страха, европейские гости послушно опустили головы и последовали за ним, укрываясь от возможного вражеского огня за брошенными автомобилями. Герхард заприметил на обочине несколько свежих воронок и трупы рядом с ними. Видать, враги, поскольку своих бойцы ополчения сразу вывозили в тыл, к медикам.
Его спутники, одетые в бледно-синюю форму с яркими обозначениями миссии ОБСЕ, были вооружены короткими пистолетами-пулеметами. Обычно они старались действовать безоружными, подчеркивая свой нейтралитет, но сейчас противник являлся безоговорочной преступной террористической организацией и ради самозащиты вооружили даже журналистов.
Тела представителей ОБСЕ в плотных бронежилетах повышенной защиты казались панцирями черепашек-ниндзя и мешали движению. Неуклюжие люди в бледно-голубой форме привлекли внимание бойцов штурмового отряда Армии Освобождения Родины, они кивали на них друг другу, давя снисходительные смешки.
Альварес указал на здание администрации.
— Господа, выйдите по громкой связи и предложите им жизнь под гарантии ОБСЕ в обмен на сдачу в плен.
