Увеличивающееся число воинов было хорошим признаком для Берниции, но держать их всех очень долго в Гефрине не представлялось возможным. Съестные припасы в этом городе таяли, а потому вскоре пришлось бы выступить в поход, чтобы набрать продовольствия на фермах и в королевских усадьбах. «Может, мне при этом все-таки удастся убедить Энфрита отступить в Беббанбург», – подумал Сканд. Он решил, что побеседует с Фуголом относительно кое-каких цифр, чтобы можно было поговорить с королем, имея серьезные аргументы. Если войско в ближайшее время не отправится всем своим составом в поход на Кадваллона, то его придется разделить на более мелкие отряды, потому что прокормить в одном месте такую ораву скоро станет попросту невозможно.
Король собирался призвать всех альдерманов в Гефрин, чтобы они поклялись в верности ему, Энфриту. Те земли, в которых отсутствуют альдерманы, будут переданы его самым верным танам. Воины, прибывшие в Гефрин, чтобы найти господина, будут распределены между альдерманами королевства.
Это были вроде бы хорошие планы, но Сканд осознавал, что король уж слишком торопится. Еще не пришло время затевать разговоры о дележе земель. Сначала нужно было пройти через период сражений и смертей. Землю нельзя раздавать, пока за нее не заплачено человеческой кровью.
И Сканд был уверен, что очень быстро приближается тот день, когда земля потребует своей дани в виде крови.
– На что ты там таращишься, юноша? – спросила Суннива. Она, наклонившись, расстилала на теплой траве свой самый старый плащ. Оглянувшись и посмотрев на Беобранда, она увидела, что он, стоя сзади, рассматривает ее, разинув рот. – Если ты не закроешь рот, в него залетит муха!
Беобранд, смутившись, поспешно закрыл рот. Он очень часто смущался, когда находился рядом с Суннивой. Она была такой красивой и остроумной, что частенько заставляла его чувствовать себя глупым и неуклюжим. Он понимал, что это получается у нее случайно, и она ничем не показывала, что думает о нем плохо, и все же у него невольно возникало ощущение, что он ее недостоин.
Суннива присела на плащ и разгладила его рядом с собой.
– Так на что же ты таращился? – снова спросила она, лукаво улыбаясь.
Беобранд присел на плащ.
– Я просто смотрел на тебя, – пробормотал он.
– А-а. И тебе понравилось то, что ты видел? – спросила она с игривым видом.
– Да, конечно.
– Я такая же красивая, как та пастушка, на которую ты засматривался по пути сюда?
Беобранд не понимал, о чем она говорит. По пути на этот луг они и в самом деле прошли мимо стада овец, но он не видел никакой пастушки. Заметив затем озорные огоньки в глазах Суннивы, он понял, что она просто его дразнит.
– Ну, ты, в общем-то, неплоха, но та пастушка была прямо-таки богиня.
Он попытался сделать свое лицо серьезным, но не смог, и они оба прыснули со смеху.
Суннива чувствовала себя прекрасно. Этот молодой человек воплощал в себе все, что ей хотелось бы найти в муже. Он был сильным и смелым, однако также нежным и задумчивым.
Она наклонилась вперед, положила ладонь на его бедро и легонько поцеловала его в губы. Он вздрогнул и ответил на ее поцелуй. Суннива осознавала, что обладает над ним определенной властью, и ей очень нравилось то, что он никогда не пытался овладеть ею. Он всегда отвечал на ее ласки, но она чувствовала, что он старается сдерживаться и не давать волю своей страсти. Это ее только еще больше возбуждало.
В последние несколько недель они встречались постоянно. Во время этих встреч они все чаще прикасались друг к другу, и их прикосновения становились все более страстными. И наконец Суннива решила, что в этот день она ему отдастся.
Странг сказал ей три дня назад, что пойдет за древесным углем, и попросил ее сопровождать его. Она дождалась ночи, после которой они должны были отправиться в путь, и сделала вид, что у нее начались месячные. Она точно знала, что отец не помнит, когда у нее были прошлые месячные, и после того как она сказала, что у нее начались спазмы в животе и что ей хотелось бы остаться дома, он не стал спорить. У нее при этом мелькнула мысль, что ее мама запросто раскусила бы такую уловку.
Когда отец покинул Гефрин, она отправилась в уединенное место на реке и искупалась. Затем надела свое любимое платье. Оно было синего цвета, с белой вышивкой по краям. Они с матерью сшили это платье вместе.
Суннива наполнила корзину едой: немного сыра, кусок ветчины, хлеб, – положила поверх всего этого свернутый старый плащ и пошла искать Беобранда.
