Зануда в этот момент решил промолчать. Если бы Эварницкий хотел, мог бы напасть на герцога в особняке. Особняк вроде бы цел, а значит, этого не случилось и, скорее всего, Давид вызвал Самохина на бой. После чего они вдвоём отлетели подальше, но недостаточно далеко. Очевидно, что расстояние выбирал сам герцог, недооценив противника.
— Ну-ну, — недобро сказал архимаг, — И что это за тени? Хватит всем показывать, как ты любишь баловаться тёмными ритуалами!
Самохин посмотрел на тени, которые продолжали просаживать его защиту, не поддавались никаким воздействиям и не собирались никуда уходить. Тихо выругавшись, герцог пришёл к выводу, что день окончательно испорчен. Как и неделя, и весь следующий месяц, а то и больше, если совсем уж не повезёт.
От столицы до Санкт-Петербурга я добрался где-то за час или около того. Было время подумать над произошедшим. Так сразу и не скажешь, доволен я или нет. Унывать точно не буду, но полноценные архимаги с боевым опытом пока не мой уровень. Получается, я сейчас где-то на уровне магистра. Или мечника-мастера.
Всего за два года — отличный результат. Но не настолько, чтобы я смело плевал на любые условности.
Что никоим образом не отменяло моего желания как следует развлечься.
Найти, где живёт наместник северной столицы, не проблема. Телефон у меня был, как и доступ в интернет. Остальное — элементарно. Как и покричать на всю округу, требуя архимага. На улицу выскочила ошарашенная прислуга и сообщила, что хозяин изволит отсутствовать. Пришлось мчать в центр, где и нашёл Дровосека. Ему сообщили о моём появлении, и мощная фигура зависла в воздухе, дожидаясь.
— Вежливости у тебя не прибавилось, — озвучил он то, что в озвучке не нуждалось.
— Что, даже не обнимешь? Я думал, после той драки мы стали лучшими друзьями.
— Говори, что хотел, и проваливай, — процедил архимаг.
— Я с подарками.
Достав топор, без всякий затей метнул в Дровосека. Поймал он его без напряга.
— Мне подарки, особенно от тебя, не нужны.
— Так выбрось, — предложил я. — Но раз так не рад меня видеть, старикан, то не буду рассказывать, что за топор. Пока-пока.
Помахав рукой, свалил раньше, чем Дровосек нашёлся, что сказать.
Закончив с делом, почувствовал разочарование. Не так уж и много долгов накопилось. Пойти докопаться, что ли, до кого-нибудь? Некроэльфов шугануть, храмы посносить, в морду кому дать.
Кому бы только?
Ну, кстати, почему бы и нет.
Пользуясь случаем, раз уж оказался в этом городе, заглянул в свою любимую кафешку, обнаружив, что кофе они по-прежнему варят достойный. Под него и погрузился во все те материалы, которые собрала Кристина.
Чем дольше читал, тем большим уважением к девушке проникался. Она не только заметки из газет собрала, но ещё и провела неплохую аналитическую работу, с систематизацией, кто именно на меня бочку катил и с чем это связано. Если коротко — то мои действия многих уважаемых людей задели, что повлекло для них потерю денег, влияния, а для кого-то и здоровья. Отыграться — естественно после такого. Составив список кандидатов на дуэль, вспомнил ещё про одних должников.
Фрактуковы и их родня-то со мной так и не рассчитались. Как я мог забыть про них?
Зато теперь ясно, чем заняться.
Зануда добрался ко мне, когда решение вопроса с Поляковыми перешло в стадию подписания договора. Мы и адвоката успели вызвать. Того самого, что уже раз оформил не совсем законную сделку. Поэтому всё официально.
— Не помешаю, господа? — зашёл Зануда в кабинет, обойдя лужу крови.
— Догнал всё же, — махнул я ему рукой, — Зачем ты опять на эту работу согласился? Наверняка радовался безделью.
— Ты подозрительно догадлив, — вяло улыбнувшись, ответил мужчина. — Давид, в курсе ли ты, что принуждение с помощью Голоса делает подписанные документы недействительными?
— Господин юрист? — покосился я на гостя.
— Господин Эварницкий не применял Голос, — сухо ответил тот.
— Видишь, — сказал я Зануде. — Всё по закону.
— А труп… Как понимаю бывшего главы рода Поляковых, — оценил тело на полу мужчина, — случайно здесь оказался.
— Нет, это моих рук дело, — не стал я отрицать. — У этих господ было целых два года, чтобы оформить имущество Фрактуковых на меня и тем самым откупиться. Вместо этого они оставили всё себе, пустили в оборот и жили, бед не знали. Жадность — это грех. Почему-то смертные часто забывают об этом.
— Давид, ты по краю ходишь, — предупредил Зануда.
— Ты всерьёз мне это говоришь?
— Ты прав. Ты был рождён на краю, — поправился он. — Для тебя это норма. И что дальше? Заберёшь у них всё?
— Пять миллиардов и родовую землю. Плюс проценты, — ответил я. — Какая там ставка в эти два года была?
— Господа, — сказал Зануда. — Попрошу вас оставить нас.
— А вы?.. — спросил юрист.
— В данный момент — глас императора, — достал мужчина весело светящуюся блестяшку.
Юрист и Поляков-младший впечатлились. Поднявшись, они быстренько покинули помещение.
Телекинезом Зануда пододвинул себе стул. Уселся. Уставился на меня.
— Как отдохнул? — спросил он.
— Плодотворно. Я тебе тоже сувенирчик припас.
Достав артефакт, перекинул мужчине.
