Всадник сунул в рот два пальца и резко свистнул, окликая караульных на баррикаде.
– Сколько вам еще народу нужно? – спросил он.
– Чем больше, тем лучше! – крикнул кто-то в ответ.
– Кто тут у вас главный? – осведомился конный, подъезжая к нам.
– Ты, – шепнул я Бритвульфу.
– Я олдермен Эалстан, – представился тот, выступив вперед.
– Тогда веди своих ратников через мост, – приказал обладатель красного плаща со спрятанной под вежливостью издевкой. – И помешай ублюдкам взять форт.
Бритвульф растерялся. Как и я, он и мысли не допускал, что нам придется переходить на южный берег Темеза. Мы пришли убить Этельхельма и Эльфверда, а эта парочка обреталась здесь, на северном берегу. Однако я вдруг осознал, что судьба преподнесла нам подарок из чистого золота.
– Через мост, – вполголоса скомандовал я Бритвульфу.
– Черт побери, живее! – рявкнул всадник.
– Что случилось-то? – поинтересовался Финан.
– Дедуля, а ты как думаешь? Красавчик объявился. Ну же, шевелитесь!
– Убью этого эрслинга, – пробормотал Финан.
Я не поднимал головы. На мне был шлем моего отца, который я держал на борту «Сперхафока». Я зашнуровал нащечники из толстой вываренной кожи, чтобы скрыть лицо, но все равно опасался, что кто-то из западных саксов меня узнает. Слишком во многих битвах мне доводилось сражаться бок о бок с ними, хотя в тот день на мне не было обычной блестящей кольчуги и шлема с гребнем. Мы с Финаном протиснулись через проем в баррикаде, и караульные на ней осыпали нас насмешками.
– Дедули, смотрите не упадите! – выпалил один.
– Восточные англы! – подхватил другой.
– Детки из грязи!
– Вы хоть сражаться-то обучены, ублюдки?
– Молчать! – прикрикнул на своих всадник.
Мы пошли по неровно пригнанным доскам. Быки моста возвели римляне, и я предполагал, что они простоят еще тысячу лет, но настил постоянно подновлялся. В последний раз, когда я проходил здесь, в нем зияла громадная дыра, проделанная данами. Альфред распорядился все починить, но до сих пор доски частично оставались гнилые, а местами опасно ездили под ногами. В щели было видно, как пенится река, пробивая себе путь между каменными опорами, и я в который уже раз удивился умению римлян строить на века.
– Что, черт побери, затеял Этельстан? – спросил у меня Финан.
– Захватывает Лунден? – предположил я.
– Но бога ради, как он собирается сделать это?
Это был хороший вопрос. У Этельхельма хватало людей для обороны лунденских стен, и тем не менее Этельстан объявился под ними, с очевидным намерением пойти на приступ. Из последних новостей следовало, что Этельстан находится в Викумуне, расположенном в дневном переходе на запад от Лундена. Пока мы шли через мост, я смотрел вверх по течению, но не заметил никакого движения за крепостными стенами, там, где речка Флеот изливала собранное с дубилен, боен и сточных канав дерьмо в Темез. В саксонском городе, построенном за долиной Флеота, не было видно никаких признаков пришедшей осаждать Лунден армии. Но должна быть веская причина, по которой колокола и рога подали сигнал тревоги.
– Ему никогда не перебраться через те стены, – пробормотал Финан.
– Но у нас раньше это получилось.
– Мы не пытались преодолеть ров и влезть на стену, – стоял на своем Финан. – Хотя бой был знатный!
Я инстинктивно коснулся груди, где под кольчугой спрятал амулет Тора. Много лет минуло с тех пор, как мы с Финаном, во главе небольшого отряда воинов, обманом захватили римский бастион, охраняющий Луддгейт, одни из западных ворот Лундена, а потом отразили яростный натиск данов. Мы отстояли бастион и вернули город под власть саксов. Теперь нам предстояло драться за этот город снова.
– Этельстан знает, что восточные англы недовольны, – сказал я. – Быть может, на этом и строится его расчет?
– На том, что восточные англы перейдут на его сторону? – с сомнением спросил Финан.
– Именно.
– Они не станут драться, пока не увидят, что мы выигрываем, – вставил Бритвульф.
– Значит, нам следует выиграть, – сказал я.
Мы покрыли уже примерно треть пути по длинному мосту. Отец Ода прошел через баррикаду последним, задержавшись поговорить с всадником, командующим караулом, и теперь нагонял нас.
– Похоже, король Этельстан находится к северо-западу от города, – сообщил он.
– Получается, он угрожает форту? – спросил я.
– Враги заметили его знамена, – сказал священник, не ответив на мой вопрос. – И будто бы он пришел с большими силами.
– Форт – последнее место, на которое я напал бы, – процедил я.
– И я тоже, – добавил Бритвульф, шагавший рядом со мной.
– И определенно, королю не будет от нас никакого проку, если мы останемся на южном берегу, – продолжил Ода.
– Мне казалось, что вы, даны, знатоки по части военного дела?
Ода насупился, но решил не обижаться.
– Речь о судьбе Инглаланда, – напомнил он, пока мы шли к южной оконечности моста. – Лорд, именно она решается сегодня – судьба Инглаланда.
– И решаться она будет здесь, – заявил я.
– Как это?
