Я тоже устал, расхлебывая кашу, которую сам заварил, и нервничал из-за замеченных нами всадников. Хотел устроить привал, но боялся этого. Река здесь широкая и мелкая. И Бенедетта была права – гребцы находились на пределе сил, и мы едва преодолевали даже слабое течение. Солнце стояло низко, касаясь гребня далеких холмов. На фоне его ослепительных лучей я смог разглядеть очертания высокой соломенной кровли над кущей вязов. Господский дом. И шанс на отдых. Я взял на себя рулевое весло, и «Бримвиза» села на мель, уткнувшись носом в берег.
– Останавливаемся? – уточнил Финан, бросив на меня быстрый взгляд.
– Скоро стемнеет. Нужно найти место, где укрыться.
– А почему не остаться на судне?
– Дальше все равно не пройти, – ответил я.
Река стремительно мелела. Мы плыли, разгребая стелющиеся по воде водоросли и постоянно цепляя веслами и килем за речное дно. Похоже, пришло время покинуть «Бримвизу».
– Мы можем дождаться прилива и подняться еще немного, – объяснил я. – Но ждать придется несколько часов. Лучше пойти сейчас.
– Но сначала отдохнем?
– Сначала отдохнем, – заверил его я.
Мы сошли на берег, захватив трофейное оружие, одежду, еду, кольчуги и деньги. Провизию я распределил, раздав каждому, кто сколько мог нести. Последнее, что я распорядился взять, – это две длинные цепи, к которым приковывались лодыжки рабов.
– Господин, они-то зачем нужны? – удивленно спросил Иммар, когда я обмотал одну из тяжелых цепей вокруг его шеи.
– Цепь стоит дорого, – объяснил я.
Прежде чем уйти от реки, я велел Гербрухту и Беорноту – единственным, кто умел плавать, – перетащить носовой конец на ту сторону реки. Подтянув корабль к восточноанглийскому берегу, воины пришвартовали его к иве, потом наполовину вброд, наполовину вплавь вернулись. То была нехитрая и, вероятно, ненужная уловка, но если Ваормунд последует за нами, то, обнаружив судно на восточном берегу, может повести своих людей в ту сторону.
Смеркалось, когда мы пересекли густо поросший лютиками заливной луг, миновали рощицу из вязов и подошли к усадьбе, которая, как и встреченные нами ранее деревни, не была обнесена частоколом. Две привязанные собаки приветствовали нас свирепым лаем. Усадьба состояла из большого дома, откуда поднимался в вечернее небо дымок, крытого свежей соломой амбара и нескольких зданий поменьше, которые я определил как житницы и конюшни. Собаки залились еще пуще, норовя сорваться с толстых веревок, и угомонились, только когда дверь открылась и в проеме, в льющемся от очага свете, обрисовались четыре фигуры. У троих были охотничьи луки с наложенными на тетиву стрелами, четвертый держал меч. Именно он велел собакам заткнуться, а потом посмотрел на нас.
– Вы кто такие? – крикнул он.
– Путники, – ответил я.
– Многовато вас, черт побери!
Я отдал пояс с мечом Финану и в сопровождении только Бенедетты и отца Оды направился к дому. Подойдя ближе, я заметил, что мужчина с мечом в годах, но еще крепок.
– Нам нужен кров на ночь, – пояснил я. – И я заплачу тебе серебром.
– Серебру здесь всегда рады, но кто вы такие и куда идете?
– Я друг короля Этельстана, – ответил я.
– Допустим, – настороженно проговорил он. – Но ты не мерсиец.
Это ему подсказал мой выговор.
– Я из Нортумбрии.
– Нортумбриец – друг короля? – Он хмыкнул.
– А еще был другом леди Этельфлэд.
Упоминание этого имени вызвало у него заминку. Он рассматривал нас в быстро меркнущем свете и заметил амулет в виде молота у меня на груди.
– Нортумбрийский язычник, бывший другом леди Этельфлэд, – задумчиво проговорил мужчина. Он снова посмотрел на мое лицо и опустил меч. – Ты – Утред Беббанбургский?! – В его голосе слышалось изумление.
– Так и есть.
– Тогда добро пожаловать! – Он вогнал меч в ножны, знаком велел спутникам опустить луки, потом сделал несколько шагов к нам и остановился на расстоянии в длину клинка. – Меня зовут Рэдвал Рэдвалсон.
– Рад встрече! – искренне воскликнул я.
– Господин, я сражался при Фернхамме.
– Тяжкий был бой, – отозвался я.
– Мы победили! Ты победил! – Рэдвал улыбнулся. – Воистину добро пожаловать!
– Думаю, ты радовался бы не так сильно, если б знал, что за нами гонятся.
– Ублюдки, которые захватили Лунден?
– Они придут, – подтвердил я. – И если найдут нас здесь, тебе не поздоровится.
– Восточные англы! – яростно бросил Рэдвал. – Они уже совершают набеги на наши амбары и крадут скот.
– Еда у нас есть, – продолжил я. – Но нам нужны эль и место для отдыха. Но не в твоем доме – не хочу подвергать опасности твоих.
Хозяин задумался. Пожилая женщина, видимо его жена, подошла к двери и посмотрела на нас. Из амбара выпорхнули летучие мыши, темные на фоне неба, в котором загорались ранние звезды.
– Примерно в миле к югу отсюда есть местечко, – заговорил Рэдвал. – Там вы найдете вполне безопасный приют.
Посмотрев мимо меня, он обвел взглядом наше пестрое сборище из рабов, детей и воинов.
– Господин, странная, однако, у тебя армия, – продолжил он, усмехнувшись. – Как, бога ради, тебя сюда занесло?
– У тебя есть время для истории?
– А когда его у нас не было?
