И действительно, полярная шапка густо сияла, сиреневый туман углекислотных испарений придавал ей облик большого суфле.
— И вообще, диффузный трансквазер нуждается в мощной энергетической подпитке, чтобы показывать фокусы.— добавил главный начальник.
— Значит, он получит ее с помощью подопытной Икс-структуры.— в словах Катерины прозвучал тонкий намек на какие-то толстые обстоятельства.
— Ну это в случае непосредственного взаимодействия, что пока исключено. В общем, Фома успеет забыть, что он — супермен… Катя, у нас нет другого выхода. Того глядишь, бетовцы накопят на меня компромат с помощью своей агентуры и спихнут с должности.
— Как твоя рука, Катюша?— отвлекся я на другую тему, чтобы не думать о непонятном и неприятном.
— Да пришили обратно. Бетовские врачи сказали даже, что поставили синтетический квазиживой вкладыш вместо разрушенного участка кости. “Бет” ведь готовил судебный процесс против “Алефа”, и мои показания должны были…
— Не трепись,— рявкнул Чертковиц по закрытому каналу,— ты же не знаешь, в чьих руках окажется этот обалдуй завтра.
А мне и не надо было словесного трепа, тугое женское бедро так плотно примыкало к моей ноге, что невольно возникал некоторый трепет в кровеносных сосудах, особенно пролегающих ниже живота.
— Это мы еще выясним, чего там бетовцы тебе поставили,— вслух буркнул начальник службы, и я заметил, что он заботится о Катерине; по крайней мере его беспокоит то, что к ней в кость могли вмонтировать “жучок”. Мне захотелось поддеть Чертковица, чтобы уж не принимал меня за такого чайника.
— Послушайте, шеф, я дико извиняюсь, что невольно подслушивал ваш конфиденциальный разговор, однако мне все труднее притворяться глухонемым. Не похожа ли эта “параллельная жизнь” на ту тварь, которая заглотила мой дом и которую я видел при вызволении Катерины. И не слишком ли густо два проекта — для меня одного?
Чертковиц недовольно заерзал.
— Катя, ты должна была предупредить, что дала ему доступ к закрытому каналу Алеф-5.
— Я думала, вы знаете,— без особой виноватости парировала женщина, и ее бедрышко потерлось о меня, усилив волнение в моих жилах.
— Ну, раз так, отвечай на вопрос коллеги,— без удовольствия распорядился начальник.
— Милок,— начала она. Если стал уже “милок”, то дела мои действительно не ахти.— Поверь мне, в идеале эти два проекта хорошо сочетаются. Благодаря трансквазеру устанавливаются хрональные каналы, и возможно рациональное продуманное взаимодействие с Икс-структурой, в том числе и конфликтное.
Умеют же наши начальники успокоительно выражаться. Они тебя сперва отправят в пекло, а когда от тебя и соплей не останется, то скажут для прессы, что “при обсуждении некоторых спорных вопросов один из участников дискуссии вдруг перестал высказывать свое мнение.”
— Насколько я в курсе дела, Катерина, так называемое “конфликтное взаимодействие” — есть не что иное, как мордобой и людоедство. Это я уже имел, причем не в далеком будущем, а в недавнем прошлом. Я хочу знать, на что можно рассчитывать в следующей драке. Всегда ли сработает та секретная штука, которая сидит во мне?
— Фома, твой трансквазер диффузный, он присутствует в крови в виде микрочастиц и собирается только в нужный момент. Аппарат, сам понимаешь, импортный и этот “нужный момент” он определяет на основе собственной аксиоматики. А питание у трансквазера внешнее, он улавливает избыток хроноэнергии, выделяющийся от первичного квантирования сырой материи. Происходит это, кстати, при проникновении Икс-структуры через хрональный экран.
— Понятно, батарейки подзаряжаются, лишь когда я нахожусь в пасти у хищника.
Чертковиц счел нужным дать милостивое обещание.
— Фома, мы демонтируем диффузный трансквазер, как только накопим самую скромную информацию по его работе.
Ага, усвоил — на ближайшую пятилетку я останусь упаковкой для транспортирования и маскировкой для испытания хитренького “импортного” приборчика. Это обстоятельство не унижало мое достоинство, коего отродясь не было, а просто подавляло меня. Ведь все яснее чувствовалась: до конца своих дней я каждым своим телодвижением, каждым вздохом и чихом буду приносить пользу разным смелым проектам. А как перестану приносить, так меня сразу в утильсырье спишут.
Я как-то машинально отодвинулся от Катерины — ведь она в этом смелом экспериментаторстве не последнюю роль играет.
— Есть еще у кого-нибудь трансквазер, господа?— вопросил я, подавив огорчение недюжинным усилием.
— Пока нет. Хотя мы собираемся проводить серийные испытания на Земле. Уже отобрано несколько варваров.— сообщил начальник “Алефа”.
— Вот с кем я оказался в одной компании — с дикарями, которые задницу пальцем вытирают. Можно мне пойти и надраться вусмерть? Это последнее желание.— В моем голосе засквозила усталость, так же как и в теле, напичканном аппаратными микрочастицами.
