— Понимаешь, друг, — счёл за лучшее разъяснить я. — Они настоящие, но пропаганда вероятного противника утверждает, что это — парики, призванные смущать бравых космодесантников мужского пола.
Растерявшийся было мужчина невольно заулыбался. Он был умным мальчиком, прекрасно знал, что такое пропаганда, и как в ней порой искажаются очевидные и простые вещи. Он махнул рукой, приглашая нас в соседнюю комнату. Мы прошли в небольшую, плотно заставленную мебелью комнатёнку. Валькирия недовольно огляделась по сторонам.
— Это кухня?
— Нет, госпожа, это зал.
— Какого же размера тогда кухня?! — хмыкнула Ри. — Как вы вообще так живёте? У меня на яхте душевая зона больше!
Но девочка больше развлекалась, чем реально удивлялась. Ей нравилось смущение мужчины, нравилось вгонять его в краску, давить. Думаю, сейчас проступили её реальные наклонности, пусть и в облегчённом виде. Она всё же уселась в предложенное кресло. Положила ногу на ногу. Я сел в другое кресло, сам хозяин уселся на диванчике.
— Леон, извини, не буду усаживаться к тебе на колени, — улыбнулась чертовка. — Не хочу смущать твоего товарища ещё больше.
— Спасибо за такт, Высшая, — коротко склонил голову в уважительном поклоне, хотя устремлённые на валькирию глаза выражали отнюдь не смирение, в них плясали бесенята иронии.
— Ладно, Кошак, хватит всем мозги парить: благодарит он. Ха! Ещё один такой взгляд — и сяду на колени, так и знай.
Я вынужденно перевёл взгляд на немного прибалдевшего от нашей короткой пикировки хозяина квартиры.
— Павел, я прилетел за тобой.
— То есть как: за мной? — растерялся ещё больше товарищ.
— Ты мне нужен, как аналитик. Я тебя забираю.
— Вот так просто? А моё мнение?
— Извини, друг, но оно сейчас не важно. Я веду борьбу, мне срочно нужен политический аналитик такого уровня. Другого кандидата у меня под рукой нет.
— Я… никогда…
— Ладно, хватит дурака валять. Только не говори, что не мечтал увидеть дальний космос. Не мечтал прикоснуться к жизни звёздных государств. Поучаствовать в реальной политической борьбе. Мечтал же?
— Мечтал… Но так резко…
— А по-другому не получится. У меня сейчас постоянно цейтнот, людей не хватает, времени мало. По планам на эту операцию уйдёт около трёх недель. Это нереально большой срок. Я не могу дать тебе выбор в таких условиях, слишком много времени потрачено, слишком много ресурсов вложено. Я уже уничтожил базу вражеского космофлота на орбите, уже взял на себя ряд обязательств из-за этой операции, уже вложил в операцию реальные ресурсы.
— Из-за меня? Базу космофлота? — ещё больше растерялся учёный-самоучка.
— Мне нужны твои мозги. Нужен твой аналитический опыт. Ты возьмёшь на себя весь аналитический блок, будешь потихоньку передавать мне свой опыт. Тебе что-то нужно из вещей? Какая-то информация? Книги? Только электронные — бумажные не сохранишь, слишком много придётся мотаться.
— Неужели в космосе нет… аналитиков?
— Бесстрастных, не купленных враждебными политическими силами, у меня сейчас нет. А вопросы нужно решать уже вчера.
— А что потом?
— На Землю ты вряд ли вернёшься. Она в другом секторе космоса. Но у тебя будут хорошие связи, отличные рекомендации, высокое положение… если всё случится так, как нам нужно. Доля риска есть, но без него… Сам понимаешь. Зато будешь заниматься тем, к чему реально стремился всю жизнь. И даже наукой потом сможешь заняться, если будет желание. Признание получишь, будь уверен.
— Я согласен, — глаза парня горели, я задел его самое сокровенное. Опыт вербовки сработал и здесь. — Супругу ты тоже привёл, чтобы показать мне перспективы?
— Ри, — я чуть подался вперёд, взглядом попросив Валери не дёргаться.
— Я держу себя в руках. Он внешник, они не понимают наших обычаев. Объясни ему.
— Павел, ты только что прошёлся по лезвию бритвы. Никогда не провоцируй республиканок, особенно валькирий. Они не всегда понимают, когда их ставят на вторую роль. У них мужчины… в подчинённом положении. Что-то вроде феминизма, только ещё жёстче, с социальным и сексуальным закрепощением.
— Извините, Валери, если задел. По нашим обычаям… я не сказал ничего особенного.
— Хорошо. Извинения принимаются, мальчик. Я потом поговорю с тобой отдельно по поводу правил поведения с республиканками. Благо, кроме меня и моих кровных тебе пока не придётся ни с кем из нас пересекаться.
— Когда вы за мной заедете? Что из вещей нужно взять? Какая там погода? — коротко кивнув, перешёл к делу наш собеседник.
— Погода? В космосе? Одежду не бери — распечатаем тебе всё, что нужно, на месте. Там всё это, — я обвёл рукой комнату. — Не в моде.
