Павлик орал как резаный, но мать с каменным лицом порола его отцовским ремнем. Звукоизоляция у них в квартире была отличная, а отец Павлика не вмешивался в воспитание сына, и вообще редко бывал дома. Поэтому через неделю Павлик стал как шелковый, успеваемость у него повысилась, и психологическая атмосфера в школе стала вполне приемлемой.
Тамара Васильевна вздохнула с облегчением и подумала о том, чтобы натравить Лидию на чиновников из РОНО…
Но тут сама Лидия осознала, что с такими способностями может добиться гораздо большего, чем скромная зарплата учительницы.
Отец одного из учеников работал в крупном коммерческом медицинском центре, и вскоре Лидия поменяла работу.
Теперь она внушала алкоголикам отвращение к спиртному, а состоятельным дамам, желающим похудеть, давала соответствующую установку. Платили ей за это не в пример больше, чем в школе.
Сима с интересом выслушала рассказ Тимофея об одной из его бывших жен, но под конец спросила его с недоумением:
– А мне-то она чем может помочь? Немножко похудеть, конечно, невредно, но сейчас у меня есть более насущные задачи. Или вы считаете, что мне уже пора серьезно бороться с алкоголизмом?
– Да нет, я совсем о другом! Ты же говоришь, что не помнишь, что с тобой было на той вечеринке в ресторане?
– Ну да, полный провал в памяти!
– Ну, так вот, Лидия может тебя загипнотизировать, и ты под гипнозом вспомнишь все, что там с тобой случилось. Бывает, люди под гипнозом вспоминают даже то, на что не обратили внимания, то, чего совсем не заметили…
– Ну, я не знаю…
В первый момент Сима испугалась. Ей показалась дикой мысль о том, что кто-то будет копаться в ее голове, как в сундуке со старыми вещами. Вообще, гипноз казался ей чем-то странным и подозрительным. Кроме того, она не была уверена, что на нее этот самый гипноз подействует. Где-то она читала, что некоторые люди к нему нечувствительны.
Но потом она вспомнила посещение полиции, вспомнила угрожающий тон капитана Щеглова и обвинения, которые он ей готов был предъявить, – и согласилась.
– Ладно, – вздохнула она, – может быть, хоть пойму, с чего меня так развезло. Может, все-таки мне что-то подсыпали в вино…
Тимофей тут же схватил телефонную трубку и набрал номер своей бывшей жены.
Сима стояла близко к нему и могла слышать весь разговор.
Сначала из трубки доносились длинные гудки. Затем раздался щелчок, и Сима услышала женский голос, который медленно говорил:
– …четыре, пять, шесть… ваши веки становятся тяжелыми… семь, восемь, девять… ваши глаза слипаются…
Сима вдруг почувствовала, что ее неудержимо стало клонить в сон, и широко зевнула. Но тут голос в трубке, совершенно не меняя интонации, проговорил:
– Это ты, Тимофей? У тебя все в порядке? Десять, одиннадцать, двенадцать… вы погружаетесь в глубокий спокойный сон…
– У меня – да, – ответил Тимофей. – Ты меня знаешь, у меня всегда все в порядке.
– А тогда что же ты звонишь? Ты же знаешь, что я работаю… тринадцать, четырнадцать, пятнадцать…
– У меня-то порядок, а вот одна моя хорошая знакомая… ей очень нужно с тобой пообщаться!
– Тимофей! – голос в трубке немного изменился. – Ты что, снова жениться собрался? С Люсей разводишься?
– Да нет, это совсем не то, что ты думаешь! Это соседка моя, она у меня, считай, на глазах выросла. Я к ней почти по-родственному…
– Знаю я тебя! – хмыкнули в трубке. – Ну ладно, если по-родственному… ей что – похудеть срочно нужно? К свадьбе, что ли? Шестнадцать, семнадцать, восемнадцать…
– Да нет, тут совсем другая история. У нее провал в памяти, так нужно его, так сказать, освежить…
– Временная амнезия? Ну ладно, пускай приезжает. Я ее сегодня могу принять, примерно через час. У меня окно будет, одну клиентку усыплю и смогу с ней поработать… Девятнадцать, двадцать, двадцать один…
– Вот, Симона, – наставительно сказал Тимофей, отложив телефон, – станешь с мужем разводиться – не ссорься окончательно. Мало ли как жизнь обернется. Не плюй, как говорится, в колодец, и без тебя есть кому туда плюнуть.
– Да у меня и мужа нету, с кем я разводиться стану? – пригорюнилась Сима.
Но сосед велел ей не расслабляться, а собраться и ехать к Лидии. Она человек занятой, ждать не станет.
Через час Сима подъехала к аккуратному особнячку, прячущемуся за облетевшими деревьями. Над входом в этот особнячок красовалась скромная вывеска:
«Медицинский центр «Новая жизнь».
На дорожке перед входом стояла рекламная тумба, которая поясняла профиль медицинского центра:
«Освобождение от алкогольной, наркотической и игровой зависимости. Избавление от лишнего веса. Избавление от шопоголизма».
– Чего только не бывает! – проговорила Сима, прочитав последние слова, и вошла в холл медицинского центра.
В холле было прохладно и тихо, как в церкви. Прямо против входа ее встретила приятная молодая женщина в безупречно отглаженном белом халате.
– Вы к нам первый раз? – спросила она вполголоса, как будто боялась нарушить торжественную тишину холла.
– Первый, – чистосердечно призналась Сима.
Она хотела добавить «и последний», но воздержалась.
