Тут Эгиль проснулся и увидел, что из-за деревьев на берегу выходят люди, одетые в звериные шкуры, со звериными мордами вместо лиц – у кого волчья морда, у кого морда рыси или росомахи. А позади этих людей едет на огромном лосе могучий богатырь в медвежьей шкуре, в шапке из медвежьей головы и с огромным топором в руках.
И окружили эти люди корабль Эгиля, и направили на спящих викингов стрелы своих луков, и собирались их убить.
Тогда встал Эгиль, поднял свой меч по имени Серый Коршун и сказал громким голосом:
– Достойно ли великого вождя нападать на спящих? Сразись со мной, Рапакиви, если ты достаточно отважен! Или ты боишься меня? Боишься моего меча?
– Я никого не боюсь! – отвечал ему богатырь на лосе. – Я не боюсь ни людей, ни зверей, ни призраков! Я своими руками убил десять медведей – мне ли бояться тебя, человек моря? Я сражусь с тобой, и все увидят, какого цвета у тебя кровь!
– Мы сразимся с тобой, Рапакиви! – ответил Эгиль. – Но скажи своим людям, что, если я одолею тебя в честной битве – они не тронут моих людей, и дадут мне и моим людям вдоволь еды и воды, и позволят нам вернуться в свои края.
– Пусть будет так, – согласился вождь вепсов. – Но этого не будет, потому что я убью тебя своими руками, как убил десять медведей, и тогда мы перебьем всех твоих людей и заберем всю добычу, какая есть у тебя на корабле!
– Пусть будет так, – согласился Эгиль, и поднял свой меч по имени Серый Коршун, и начал битву с вождем вепсов.
Они бились все утро, и вождь Рапакиви сражался, как раненый медведь, и наносил Эгилю своим боевым топором один удар за другим. Но и Эгиль сражался мужественно, и не отступал, и отбивал удары своим щитом и мечом по имени Серый Коршун.
Они бились до полудня, и ни один из них не мог одолеть другого. Вождь вепсов расколол своим топором щит Эгиля, но тот одним мечом отбивал его удары и наносил сам удар за ударом.
Солнце уже стояло в зените, а битва все еще не кончилась. Вождь вепсов, богатырь Рапакиви искрошил щит Эгиля своим топором, но Эгиль продолжал сражаться, отбивая удары мечом.
Воины вепсов стояли позади своего вождя, следя за битвой. И люди Эгиля, проснувшись от хмельного сна, тоже следили за схваткой, криками подбадривая своего вожака.
