Это был Кирилл – теперь она уже узнавала его номер. Это хорошо, нужно срочно налаживать с ним отношения, а то они так плохо расстались. А Симе надо еще о многом его расспросить.
– Кирилл, – защебетала Сима, – вы можете себе представить – я как раз сейчас о вас думала!
Голос Кирилла звучал смущенно:
– Надо же, какое удивительное совпадение – я тоже думал о вас. Поэтому и позвонил.
– Представляете, Кирилл, я мучительно придумывала повод, чтобы вам позвонить – и тут вы мне звоните… но теперь я так же мучительно придумываю повод, чтобы с вами увидеться. Может быть, вы мне поможете? Может, вместе мы придумаем такой повод? Или встретимся безо всякого повода?
«Не переигрываю ли я?» – запоздало подумала Сима. Но слово, как известно, не воробей.
– Давайте… только… – спохватился вдруг Кирилл. – Я сейчас должен навестить одного человека… я с ней уже договорился, и неудобно будет отменять…
«Ну вот, получи, что заслужила! – Сима почувствовала, как у нее портится настроение. – Нечего было так разливаться! Он тебе ясно дал понять, что вовсе не жаждет встречи. Да еще и намекнул на то, что у него назначено другое свидание… да что там – намекнул, прямо сказал, что это женщина!»
– А впрочем, мы с вами можем пойти к ней вместе! – продолжал тем временем Кирилл.
– Вместе? К ней? – переспросила Сима. – Нет, что вы!
– Это моя тетя, – пояснил ей собеседник. – Ну, помните, я вам про нее рассказывал! Тетя вам понравится, она очень милая старушка!
– Ах, тетя! – Сима почувствовала, как у нее на лице расцветает глупая улыбка. – Ну, если тетя… я согласна, всегда мечтала познакомиться с вашей тетей!
– Так-так, – произнесла забытая Тамара, – ну, подруга, ты даешь! Времени даром не теряешь. Не успела одного потерять, как уже другого окучиваешь.
– Да брось ты, – вздохнула Сима, – надо же в этой истории разобраться. Если хочешь знать, я ему и не нужна совсем, я просто на ту его прежнюю любовь похожа…
– Да ладно, – отмахнулась Тамара, – мне-то какое дело.
Тетя Кирилла жила в хорошем, недавно отремонтированном доме недалеко от центра. В подъезде дежурила консьержка, которая поздоровалась с Кириллом по имени-отчеству – как поняла Сима, он часто навещал свою родственницу, и он же купил ей эту квартиру.
– Я ей предлагал переехать ко мне, в загородный дом, – пояснил Кирилл, входя в лифт, – но она ни в какую – хочет самостоятельности, и вообще привыкла жить в городе.
Подойдя к двери, Сима услышала доносящиеся из-за нее звуки фортепьяно.
Кирилл позвонил, музыка прекратилась, раздались приближающиеся шаги и старый, но звучный голос:
– Иду-у, иду-у!
Дверь открылась, на пороге появилась старушка в белой кружевной блузке, заколотой на шее брошью с камеей, с аккуратно уложенными голубоватыми волосами и с бледно-розовой помадой на губах.
– Кирюшенька, это ты! – старушка умильно сложила руки. – И с девушкой! Как хорошо!
– Это Симона, очень славная девушка, – представил Кирилл свою спутницу.
– Не сомневаюсь, – старушка посторонилась, пропуская гостей в квартиру, и внимательно посмотрела на Симу.
– А мы ведь раньше встречались, – проговорила она неуверенно.
– Вряд ли, – ответила Сима. – Я бы это запомнила.
Старушка проводила гостей в комнату, усадила их на диван.
Комната была просторная и светлая. На стене висела картина – букет полевых цветов в простом глиняном кувшине, на самом видном месте стояло немецкое пианино.
– Сейчас мы будем пить чай! – объявила хозяйка дома.
– Тетя, я сам накрою, – предложил Кирилл.
– Ни в коем случае! Я что, по-твоему, такая дряхлая развалина, что не могу самостоятельно поставить чайник?
– Нет, тетя, я этого не говорил, я просто хотел…
– А если не говорил, так сиди, как положено гостю!
Старушка удалилась на кухню, вскоре вернулась и села к инструменту.
– Симона, – обратилась она к гостье, – как вы относитесь к старинному романсу?
– Ну, как вам сказать… – Сима замялась, – скорее хорошо…
Старушка кивнула, положила руки на клавиши и запела тоненьким, чуть надтреснутым голоском:
– Моя душечка, моя ласточка,
Взор суровый свой проясни,
Иль не видишь ты, как измучен я?
Пожалей меня, не гони!..
– Тетя, может, не надо? – взмолился Кирилл. – Симона у тебя первый раз, пожалей ее…
– Да что вы, Кирилл… – смутилась Сима, – пусть ваша тетя поет, мне нравится…
– Вот видишь, Кирюша, – оглянулась тетушка, – ей нравится! Я же сразу поняла, что она – очень милая девушка!
И она продолжила:
– Не лукавьте, не лукавьте,
Ваша песня не нова,
Ах, оставьте, ах, оставьте,
Все слова, слова, слова…
– Тетя! Я умоляю! – не выдержал Кирилл. – Я тебя очень прошу, не надо!
– Ну хорошо, хорошо! – старушка резко захлопнула крышку пианино, встала, обиженно проговорила: – А тому юноше очень понравилось, как я музицирую! Он меня слушал целый час, я ему спела и этот романс, и «Не уходи, побудь со мной», и «Темно-вишневую шаль»…
– Юноше? Какому юноше? – строго спросил Кирилл. – Ты мне ничего не рассказывала!
В глазах старушки мелькнул испуг, как будто ее поймали на каком-то неблаговидном поступке, но в это время из кухни донесся свист.
