Андрей пробурчал что-то вроде, что в гробу он видал такое везение, и потащил бластер на себя. Что-то не хотело его выпускать, парень отбросил в сторону ещё несколько камней и увидел человеческие пальцы, сжимавшие рукоять… Мгновенно отдернувшись, он вылетел из трещины, как ужаленный.
— Здесь была драка, только почему-то почти всё убрали, — задумчиво проговорил Мединцев-старший, — а этого не заметили. Бластер лучше взять, если заряды есть, мой-то уже почти ни на что не годится.
— Я его носить не буду, — сказал его сын, — с детства мертвецов боюсь…
— Возьми мой, я не побрезгую! — он отдал своё оружие Андрею, а сам принялся вытаскивать рукоять из мертвых пальцев, вцепившихся в неё в последнем усилии.
Этот бластер был полностью разряжен и огоньки потушены, но в обойме нашлись целых две энергокапсулы. Как самый «опытный», возиться с ними принялся отец Андрея.
— Ага, вот так! — прокомментировал он раздавшийся щелчок и тихий свист, — есть! Давай свой.
С арсеналом две сотни выстрелов на два ствола можно было сразиться и с несколькими восьминогими, и с отрядом «серых». Если, конечно, у них современного оружия не окажется.
Свернув в правый коридор, исследователи покинули обожжённую битвой пещеру, и Андрей вздохнул с облегчением, так давила на него сама атмосфера этой бойни. Отец понимающе взглянул на него, но ничего не сказал. Дальше они шли почти молча, изредка перебрасываясь подбадривающими репликами, и довольно долгое время ничего не происходило.
Сделали привал, Андрей почувствовал, что изрядно проголодался, — раньше жажда заглушала чувство голода, — и попробовал жареных улиток и тех безглазых "сусликов", про которых говорил отец. Они были очень даже неплохи, только мяса, конечно, в них маловато, и запас провизии приходилось растягивать, неизвестно ведь, когда посчастливится его пополнить. Длинный тупик встретился ещё через час, даже чутье отца не помогло, слишком уж долго надо было идти по коридору, от которого не отходило никаких ответвлений.
А ещё тут воняло, как в неухоженном деревенском туалете, причём запах распространялся далеко не на весь коридор, а только на тупик в его конце.
— Тут что, нужник? — раздалась реплика капитана.
В ответ на его слова в стене бесшумно открылся прямоугольник двери, и показался молодой парень в чёрном, расстёгивающий ширинку. Он уставился на землян, они на него.
— Нивер, дальше отойди, — прозвучал сзади голос.
Парень по имени Нивер, глядя на направленный на себя бластер Мединцева-старшего, и на палец другой руки, которую тот приложил к губам, сделал шаг, после чего вдруг резко прыгнул назад, за дверь.
— Элэр! — раздался чей-то крик.
В коридор хлестнула фиолетовая молния, расплескавшись по стене. Александр выстрелил, целясь не в людей, а в потолок, по светильникам по ту сторону двери, желая больше напугать, и тут молнии накрыли всех троих, лишив сознания.
Глава 21
Андрей очнулся резко, рывком, вздрогнув всем телом. Обвёл глазами помещение, в котором находился, и понял, что это — тюремная камера. Грубо обработанные стены, толстая железная решётка с очень низкой дверью в ней, перегораживавшая проход, чисто выметенный пол, лежанка на нём, ведро в углу, и он один. Всё.
Парень встал, подошёл к решётке и выглянул в коридор, освещённый несколькими жёлтыми светильниками под потолком. Он был достаточно длинен и широк, и напротив находился ряд точно таких же решёток. Все камеры пустовали, только в самой левой, куда доставал взгляд, ближе к стоящему на посту охраннику смутно угадывался человек в чёрной униформе, точно такой же, как на охраннике и том парне, с которым исследователи впервые столкнулись в тупике-нужнике.
— Пап! — робко позвал он.
— Я здесь, Дюш, — раздался голос слева.
Охранник отошёл от поста, треснул палкой по одной из решёток и громко произнёс по-русски:
— Молчать! Разговаривать запрещено!
Между палкой и решёткой проскочил электрический разряд. Да, тут всё серьёзно… Удовлетворившись наступившей тишиной, «чёрный» развернулся и возвратился на пост. Впрочем, долго она не продлилась — охранник принял строевую стойку, одновременно доставая ключи, зазвенела металлическая цепочка, которой связка крепилась к одежде. Двое новых «чёрных» дождались, пока из клетки выйдет Сергей Владимирович, зафиксировали ему руки за спиной и увели.
А вот теперь было долго, не меньше пары часов. Процедура повторилась, только теперь забрали отца, а дядю Серёжу вернули в камеру. «Водили на допрос, похоже», — с высоты своего небогатого опыта и пары прочитанных книг догадался Андрей.
С отцом возились гораздо меньше, и уже примерно через час пришли за парнем. Уходя под конвоем, он обратил внимание, что Мединцева-старшего посадили в то же помещение, что и дядю Серёжу.
— Имя, фамилия.
— Андрей Мединцев.
— Кем вам приходится Александр Мединцев?
— Отец.
— Кем вам приходится Сергей Буркин?
— Друг отца. Не родственник.
— Полных лет?
— В ноябре будет…
— Полных лет на текущий момент!
Проводивший допрос офицер в чёрном раздражённо повысил голос.
— Семнадцать.
— Кем вам приходится Марина Долгова?
— Кто?..
— Вопросы здесь задаю я! Отвечать!
