Шеа видел, что этот человек обречен, и приготовился покинуть свое убежище в роще, чтобы хоть как-то помочь ему в бою. Но удивительный незнакомец отразил первый натиск охотников с такой легкостью, будто имел дело с мышами, парировал все их беспорядочные удары и оставил на земле два тела, бьющиеся в предсмертных судорогах. Затем, когда нападающие снова двинулись на него, он издал резкий возглас, и из тени на другом конце лагеря выпрыгнула массивная темная фигура с огромной дубиной в руках. Не замедляя бега, черное существо в неописуемой ярости ворвалось в ряды ошеломленных карликов, расшвыривая их чудовищными ударами дубины, словно разметая опавшие листья. Минуту спустя все карлики мертвыми лежали на земле. Шеа, стоя на границе рощи, изумленно смотрел, как великан приближается к его спасителю, чем-то похожий на собаку, стремящуюся порадовать хозяина своим послушанием. Незнакомец что-то тихо сказал гиганту, а затем неторопливо двинулся к Шеа, оставив своего спутника рядом с телами карликов.
— Думаю, здесь больше делать нечего, — проговорил человек в алом, направляясь к Шеа и поигрывая в здоровой руке кожаным мешочком.
Шеа не упустил возможности рассмотреть его лицо, хотя и продолжал теряться в догадках, кто же такой его благодетель. Его развязная походка говорила Шеа, что он имеет дело с высокомерной личностью, столь же невероятно самоуверенной, сколь и умелой в рукопашном бою. Его жесткое загорелое лицо было гладко выбрито, за исключением ровно подстриженных коротких усиков над верхней губой. По этому лицу нельзя было понять его возраст; оно не казалось ни молодым, ни старым. Манеры его были моложавыми, но грубая кожа и задумчивые глаза говорили о том, что он уже отметил свое сорокалетие. В его темных волосах светлели отдельные седые пряди, но, возможно, то была лишь игра тусклого утреннего света. Лицо его было широким, с резкими чертами; на нем особенно выделялся крупный, часто улыбающийся рот. Это лицо привлекало внимание своей обманчивой красотой; что-то подсказывало Шеа, что оно служит лишь маской, скрывающей истинный облик незнакомца. Тот уверенно остановился перед нерешительно переминающимся юношей, улыбаясь и ожидая, пока тот выразит свое отношение к спасителям; очевидно, он не был уверен, чего можно ожидать от юноши.
— Я хотел бы поблагодарить вас, — быстро проговорил Шеа. — Если бы не вы, для меня все было бы кончено‡
— Разумеется, разумеется. Мы, правда, не каждый день занимаемся спасением людей, но ведь эти твари могли зарезать тебя просто для забавы. Я сам родом с Юга, знаешь ли. Давно уже там не бывал, но все— таки там мой дом. Я точно могу сказать, ты и сам оттуда. Наверняка, из какого-нибудь поселка на холмах? Конечно, в тебе есть и эльфийская кровь‡ Он резко оборвал фразу, и Шеа на миг заподозрил, что этот человек знает о нем все, и что он попал из одной беды в другую, намного худшую. Он невольно бросил короткий взгляд на громадное существо, высящееся рядом с телами карликов, чтобы убедиться, что это не Носитель Черепа.
— Так кто же ты, приятель, и откуда родом? — внезапно осведомился незнакомец.
Шеа назвал ему свое имя и объяснил, что родом он из Тенистого Дола. Он рассказал ему, что плыл по реке на юг, когда его лодка перевернулась и течение унесло его и выбросило на берег, где он и столкнулся с карликами. Вымышленная на ходу история была достаточно правдоподобна, чтобы незнакомец мог в нее поверить, а правду Шеа не собирался открывать первым встречным, пока сам не узнает о них побольше. Под конец своего рассказа он заявил, что встретившие его карлики почему-то решили взять его в плен. Незнакомец долго смотрел на него, рассеянно вертя в руках кожаный мешочек, и на его губах играла веселая улыбка.
— Да, почему-то мне все-таки не верится, что все так и было. — Он коротко рассмеялся. — Но я не виню тебя. На твоем месте я и сам не стал бы сразу рассказывать все как есть. У нас еще будет для этого время. Меня зовут Панамон Крил.
Он протянул свою широкую ладонь, и Шеа горячо пожал ее. Рука незнакомца оказалась тверже железа, и от его рукопожатия Шеа невольно поморщился. Тот слабо улыбнулся и разжал пальцы, указывая на черного великана за своей спиной.
— Мой товарищ, Кельцет. Мы странствуем вместе уже почти два года, и лучшего друга я еще не встречал, хотя немного разговорчивости ему бы, признаться, пошло только на пользу. Кельцет, видишь ли, немой.
— Но кто он? — удивленно спросил Шеа, глядя на громадное создание, медленно бродящее по маленькой лужайке.
— Да ты и в самом деле совсем из других земель. — Панамон весело рассмеялся. — Кельцет — скальный тролль. Он жил в Чарнальских горах, но затем его же сородичи изгнали его оттуда. Мы с ним оба — изгнанники, странствующие по этому жестокому миру, ибо жизнь, вероятно, с каждым обходится по-своему. Так или иначе, у нас на данный момент нет выбора.
— Скальный тролль, — восхищенно повторил Шеа. — Я никогда раньше не видел скального тролля. Я всегда думал, что они совсем дикие, почти как звери. Как же вам?..
