— Это должно быть там. Я должна была раньше сообразить, — охрипшим голосом прошептала Ольга. — Там морские пещеры в скалах. То, что видела ты… только пещерами можно объяснить. Земля и лед — страшная сила, сквозь которую не каждый пробьется. Там нет солнца. Там её безраздельная власть.
Я сомневалась, что только пещеры являлись причиной неудачи наших с Вейром поисков. Под землей видение тоже работало, хоть и слабо, но глухую, мертвую тишину толщей земли не объяснить.
— Тогда вперед. Лучше уж сразу ведьме в пасть, чем ждать и бояться, — вздохнула я.
Похрустев сухарями и сделав по глотку Ольгиного напитка, мы двинулись вперед. Волки метались по берегу, сужая кольца. Сойдясь вместе, остановились и повернули головы к нам. След был взят.
Последний изгиб берега, поворот, и мы, осторожно пробравшись по огромным скользким камням, будто разбросанными злобным великаном, вышли к пещерам. Провалы мрака рваными ранами зияли в огромной каменной стене.
Мерно шумели волны, вздымая ледяное крошево, сияло солнце, отражаясь от морской сини, и где-то там, в лазурной дали, за пределами царства льда, летело облачко птичьей стаи. Мы переглянулись. Вейр вооружился арбалетом, Ольга спицей. Я тряхнула кистями рук, активируя кольца, и мы дружно двинулись следом за Севером, первым скрывшемся во мраке черной дыры. Нет, я всё-таки надеру ему уши… Когда догоню.
Я ожидала всего, чего угодно. Скелетов в шкафах, сосулек ростом с деревья, ледяных летучих мышей размером с быка, даже разъяренную Хладу, в конце концов. Но не мирной, домашней картины. Нырнув следом за Вейром в длинное узкое горло, я прошагала, дотрагиваясь руками до каменных сухих стен сотню шагов, протиснулась в узкий проем и вывалилась на сухой, чистый песок огромной пещеры. Чадили факелы, горел костер и булькал котелок, разнося по пещере аромат рыбной похлебки. Север сидел перед темноволосым мужчиной, стоявшем у костра. Неизвестный обернулся.
По таким лицам взгляд обычно сперва скользит, не останавливаясь. Затем возвращается. Снова и снова. И уже не отвести глаз. Теперь я понимала Ольгу. И Хладу, чтоб ей икнулось… Именно так я себе и представляла древних легендарных королей. Седая прядь в темных волосах и тонкий шрам на щеке лишь подтверждали, что шрамы и седина украшают мужчину. Настоящего мужчину. Скромная куртка на широких плечах казалась королевской мантией, небрежно обрезанные волосы лежали такими мягкими волнами, что любой модник-эльф позеленеет от зависти. Ему не нужно прилагать усилий, чтобы выглядеть королем. Он им и так был.
Вейр вцепился в мое плечо стальными пальцами, словно мне могло взбрести в голову броситься на шею к незнакомцу, огласив своды пещеры радостными победными воплями. Вот ещё… От общения с Хладой и серая мышка превратится в злобного пасюка. Легкое облачко пробежало по благородному открытому лицу, карие глаза остановились на Ольге, замершей посреди пещеры. Помедлив, она сделала неуверенный шаг вперед.
— Я знаю Вас, леди? — глубоким, приятным голосом спросил Киннан.
Ольга промчалась к выходу. На месте Хлады я бы поостереглась показываться ей на глаза.
Киннан проводил её глазами, посмотрел на нас:
— Прошу к столу.
Ни тебе удивления, ни вопросов, откуда мы свалились на его голову, словно в Хладном стада гостей бродят. Сама невозмутимость. Странный мужчина… Вейр подошел к хозяину пещеры, представился, представил меня, уселся на бревно, вынул до боли знакомый фолиант и углубился в чтение, словно дома в кресле у камина. Киннан, отвесив мне поклон, занялся ухой вместе с Севером, Вейр искал невесть что в книге Жрицы, подруга не возвращалась, а я ломала голову, что делать. Бедная Ольга, из огня да в полымя.
Вейр, пролистав книгу, поднял голову. Судя по лицу, он мечтал о розгах, ремне или топоре.
— Что? — не выдержала я.
— Хлада — воин Жрицы. Здесь, — он потряс томом, — был раздел, посвященный ей.
Я посмотрела на истерзанные листы, на Вейра, развернулась и пошла к выходу. Если бы в книге было хоть что-то стоящее, от Хладного леса давно бы уже камня на камне не оставили. Хотя… Судя по чуме, кто знает, может, он и прав. Черные, как отъявленные скупцы, тряслись над своими драгоценными тайными знаниями. Вейр цеплялся за соломинку, если бы была надежда, что книжонка может помочь, он бы ещё в походе её проштудировал… Я понимала, что он сорвал на мне разочарование, напряжение и горечь последних дней, но легче от понимания не стало.
Ольга не повернула головы. Волчонок возился на коленях, насторожив ушки. Подруга сидела на валуне, гладила малыша, смотрела на море и была далеко.
Я села рядом. Мерный шум волн успокаивал, навевал сон. Если к вечеру не уберемся из леса, сон станет вечным.
— Мы что-нибудь придумаем, — тихо сказала я.
— Нечего придумывать, — отрезала Ольга. — Думаю, выход один — убить тварь.
Так просто. Убить. Убить бессмертную.
— Как?
— Пока не знаю. Но заклятие с Кина иначе не снять.
— Не уверена, — я пожала плечами. Глянула на подругу и осеклась.
