Я выругался всеми известными мне гномьими ругательствами. Таких было не так уж много, но достаточно, чтобы уши у Знайды покраснели не смотря на слой грязи.
— Кому-то не просто жопу выпорят. Кому-то туда точно прут калёного железа вставят! Чего они тебя так?
Мальчуган всхлипнул.
— Никто не рожает больше семерых детей.
— Ты семьплюспервый?
— Нет! Я — девятый! Когда моя Шлюха рожала восьмого, она родила его мёртвым и никому не сказала. А когда родила меня, ей уже никто не поверил!
Он зарыдал.
— Они тебя бросили?
— Нет. Хуже. Они держали меня в хлеве. Как… как скотину! Так что я был даже рад, когда их всех алиры перерезали! Меня и спасло только то, что я в хлеве был, а не в доме.
— Ты не из….
— Нет. Я не из Пидриндола. Мои глисты жили в Подстилочных Землях.
— Подчтолочных?
— Подстилочных. Под алирский кий! Такие все, кроме их вотчины, Проклятых Земель, да этих Застенок!
— Ты тут долго живёшь?
— Ха! Если б тут жизнь! Я просто мотаюсь постоянно то сюда, то на юга. И так бы и сидел на юге. Но там сейчас зной такой, что в Пекле холоднее. Да болезней куча. Так что я….
— Вольный Сокол. Куда хочу — туда лечу. У алиров это как АнСар звучит!
Я засмеялся. Сиротка от моего смеха обиделся.
— Ладно не серчай. Сейчас всё же сбегаю тебе чего-нить пожрать. Только спрячься, а то я буду слишком далеко, чтобы тебя спасать снова.
Мной снова был перепрыгнут парапет. Вокруг никого не было.
Бежал я до тех пор, пока не выдохся. Потом просто пошёл не спеша, лишь изредка на бег переходя. Сначала я заскочил к Микуле. Тот держал своего сорванца за руку и не сводил с меня взгляда.
— Так! АнСар! Мне тут уже доложили, что ты моего дитё обижал!
— Неужели! Да я его хоть пальцем тронуть успел?
— Плевать! Сейчас кто-то будет бит!
Он на меня посмотрел с необычайной свирепостью. Но… при этом он косился то вправо, то влево. Мы не мигая уставились друг на друга. Потом вдруг резко посмотрели на Вакулку. Одновременно. Тот расплакался.
— Что сорванец? Ни одна сорока не доложила, что я Ложь — за версту чую! За это будешь в два раза больше бит!
Он потащил его по дорожке. Карапуз пробовал сопротивляться, упираться ногами, выдирать руку…. Но… Что он мог сделать с против этой Горы?
Ремня, ему было всыпано хорошенько. Потом я рассказал, из-за чего сыр-бор. Микула всыпал ещё столько же. Ненависть мальца по отношению ко мне передать — трудно и практически не реально. Потом прибежала Прося и стала спасать своего Вакулечку-Пумпулечку. Мы того не отпустили и стиснуто вдвоём рассказали, что произошло. В итоге женщина забрала у мужа ремень и всыпала ещё больше, чем тот перед этим. Лишь тогда они отпустили беднягу и он ревя и проклиная всех и вся убежал прочь.
— Зря вы так….
Всё это время я сидел, прикрывшись полотенцем.
— Ты о чём, парень? Самый древний и проверенный способ воспитания!
— Сказания об Алистаре Первом нынче не в моде?
— АнСар! Да там у этих алиров выдумки одни! Хоть бы одно слово понятное!
Из меня вырвался смех. Это было сухое хехеканье моей циничной оболочки.
— Мне в нашем аду пришлось тоже чего повидать. Все мои друзья, которых я уважал, у всех были родители, которые бы и мухи не обидели. А у всех извергов были как раз такие каты, что я до сих пор не могу толком поверить, что над ними издевались ещё пуще, чем они над нами.
Они мне ничего не ответили. Я оставил полотенце и побежал к дому архимага. Там я принял душ и намылился потом. Одел одежду, которую принесла Тавлия. На этот раз она была вполне приличной расцветки. Когда я выходил из комнаты, мимо меня из кабинета Дяди Клавы пронёсся Вакулка. Он с силой на меня натолкнулся, но получил только то, что сам отлетел в сторону. Вес был не тот. Тогда оп просто стал своими башмаками стучать по моим босым ногам. Я еле сдержался, чтобы ему не ответить. В итоге он не получил ожидаемой реакции и заревев убежал вниз. Мне сорванца было совершенно не жаль. Я еле сдержался, чтобы не дать ему пинком у лестницы. Всё же от его падения со ступенек не станет легче ни мне, ни ему.
Потому я просто прошёл в кухняловую и набрал еды. Пока я был занят этим делом, зашли Архимаг с Вороном и прочитали мне лекцию про Эгрегоры, Предрассудки и их влияние на купание в Понедельник. Потом Ворон прочитал мне лекцию про то, как нужно экономить силы и какой же я дурак, что снова бегал.
— Завидуй, Чёрный Маг! Её Свет — Всегда Со Мной!
— Чей ещё Свет!
— Ну, не Вселенной же!
— Ты о чём!
— Та всё о Ней! Её Свет со мной что Тут, что в Вавилоне, что в Дупе Дьявола!
— Засранец ты, вобщем, Шкет! И ни черта я не завидую тебе, подкаблучник!
Я только показал ему язык и ушёл, забрав свёрток с набранной снедью. Оба мага смотрели на меня с невероятной для них степенью непонимания. Когда я бежал по саду, мимо меня пронеслась сорока. Ну… что же… скоро им всё прояснится. Только станет ли у них от этого меньше загадок?
