Тяжело дыша, моя грудь сильно сжимается, когда боль отступает, но не настолько, чтобы я могла снова подняться на ноги. — Какого хрена охотнику делать со смертным Божьим ребенком? — бормочет мужчина. Его вопрос, похоже, адресуется не ко мне — скорее, размышление вслух, полное недоумения.
Мой пульс учащается, и я смотрю на его руку — он всё ещё держит меня — пытаясь понять, что причинило боль. Когда он отдёргивает руку, я вижу это: тонкий металлический браслет, застёгнутый у меня на запястье. Там, где он касается кожи, ощущается тепло. Сначала было больно до невозможности, а теперь — тупая пульсация, лёгкое покалывание. Неудобно. Я пытаюсь его снять, но он не снимается.
— Что… — Я хватаюсь за маленький браслет и сильно дергаю. По-прежнему ничего. — Сними это с меня! — Я кричу. В моем голосе появляется больше силы, но она почти мгновенно исчезает, и в ту же секунду на меня накатывает волна тошноты и головокружения.
— Честно говоря, я никогда не думал, что мне понадобится использовать это здесь, — бормочет мужчина, — но больше не пытайся выкинуть что-нибудь смешное. Этот браслет поглотит всю твою Божественность.
— Мое что? — Я трясу головой, пытаясь избавиться от внезапного тумана, наполненного болью.
Мужчина хмуро смотрит на меня сверху вниз, прежде чем указать на наручники. — Вот это сделано из серы, идиотка, — усмехается он. — Это единственное, что может контролировать такое существо, как ты. Даже не думай сражаться с нами сейчас, потому что ты только проиграешь.
Мои ресницы трепещут. Я ненавижу покалывание, ползущее под моей кожей там, где он прикасается ко мне. Он кажется тяжелее всего, что я держала в руках раньше. Я не понимаю. — Ч-что такое сера? — Невнятно произношу я.
Мужчина с широко раскрытыми глазами мгновение смотрит на меня сверху вниз, прежде чем разразиться смехом. Звук слишком громкий, и он эхом отдается от верхушек голых ветвей деревьев вокруг нас. Когда он, наконец, успокаивается и его взгляд возвращается ко мне, на нем искаженное выражение. Он наклоняется и хватает меня за лицо, держа в своем широком мясистом кулаке.
— Позволь мне преподать тебе урок, малышка, — говорит он, понизив голос. — Сера — единственное оружие, которое есть у смертных против таких, как ты. С этим вот, — он постукивает по браслету, заставляя меня вздрогнуть, — те способности, которыми ты обладала до сих пор, становятся бесполезными.
