– Они явно тянут время! – раздраженно бросил Роберто после длительной и безрезультатной погони за одним особо шустрым юпитерианцем. – И черт меня подери – я даже знаю, почему они это делают!..
Но работа есть работа, и выполнять ее приходилось независимо от активности.
Крадущийся как тень вслед за Мигелем Мефодий испытывал те же ощущения, что и солдаты Третьего рейха в белорусских лесах. Матерый и скрытный враг – на порядок опаснее, чем партизаны Ковпака, – был незрим и полностью непредсказуем. Стройный план его поимки выработать было невозможно, потому приходилось ориентироваться по обстоятельствам.
Зажать Сатира в угол являлось проблематичным – едва это вроде бы удавалось, как юпитерианец просто-напросто пробивал стену и ретировался еще до того, как исполнительские слэйеры взлетали над его головой. Не по силам им были лишь пол и потолки, однако в окна Сатиры тоже не выпрыгивали, и из этого следовало делать вывод, что они намеренно водят Исполнителей за нос, по всей видимости, выполняя распоряжение своего командования. Исполнителей это жутко нервировало, но иного выбора не было.
Лишь одной группе повезло прикончить Сатира на пожарной лестнице – и то не из-за грамотных действий, а из-за ошибки противника, угодившего в слишком тесное пространство и не сумевшего избежать клинков мастера. На остальных же ловцов зверь отказывался бежать категорически.
Помимо полицейских сирен, что принялись завывать сразу же после взрыва, за стенами Генеральной Ассамблеи послышались призывы в громкоговорители, которые все из-за тех же сирен разобрать было практически невозможно, однако смысл призывов был понятен и так. Здание окружалось войсками, отрезающими для бесчинствующих в нем «рефлезианцев» все пути отхода по земле. Стрекот вертолетов и их шарящие по Ассамблее прожектора отрезали пути и для отхода по воздуху.
– Не хотелось бы окочуриться, так и не узнав, чем закончится заваруха, – пробурчал Мигель. – Это, конечно, мое личное мнение, но, кажется, здесь нам сегодня больше ничего не обломится. Было бы куда разумнее зайти сюда попозже…
Выглянув в окно, можно было рассмотреть, как к зданию подтягиваются вооруженные до зубов бойцы антитеррористического отряда. Опасаясь ответного огня, каждая из штурмовых групп несла впереди себя бронированный щит. В пролом потолка зала заседаний влетело несколько фалов, и по ним один за одним заскользили с вертолетов бойцы спецназа в черных полумасках.
– Слэйеры внутрь! – скомандовал Роберто и первым втянул клинки в рукава.
Остальные подчинились – в драку ввязывался землекоп, а это вносило определенные коррективы в тактику дальнейших действий.
– Что теперь? – поинтересовался у Роберто Мигель. – Рискнем усмирительным сигналом?
– Ситуация изменилась, потому рискнем, – согласился с тот. – Хоть Гавриил и запретил, но сейчас мы ничего не теряем. Если сработает – хорошо, а если нет – в любом случае они пришли нас уничтожить…
Из фойе – там, где произошла первая стычка с Сатирами, – загремели выстрелы, но тут же затихли. Очевидно, группа, стерегущая вход, придерживалась с Роберто и Мигелем одного мнения – сейчас речь велась о спасении собственных жизней, поэтому в ход шли все разрешенные способы усмирения разбушевавшихся землекопов.
Ворвавшиеся в фойе штурмовики первой атакующей группы оказались из тех, кто не попал под воздействие юпитерианцев на набережной Ист-Ривер, и когда все они столкнулись лицом к лицу со стоящими на прикрытии Исполнителями, то попадали без чувств. Исполнители сильно рисковали – ведь землекопы держали пальцы на спусковых крючках и готовы были стрелять на поражение. Однако, кроме нескольких шальных очередей, от которых удалось увернуться, все прошло тихо-мирно, без убийств и прочих неприятных эксцессов.
Вторая группа штурмовиков напоролась на усмирительный сигнал тем же порядком и как подкошенная распласталась возле первой.
Для оставшихся на ногах бойцов спецназа все происходящее было явлением совершенно непонятным. Хоть они и шли в атаку в противогазовых масках, но все равно самым непостижимым образом лишались чувств еще на подходе к фойе Ассамблеи. Если на них воздействовали не газом, то чем?..
Огонь со стороны противника не велся, и это вселило в штурмовиков некоторую смелость. Третья ударная группа спецназовцев осторожно, по-пластунски, стала подбираться к недвижимым товарищам. Исполнители затаились и дали возможность землекопам эвакуировать пострадавших, зная, что получили отсрочку на некоторое время.
