1910 год. Джульетт Фэннинг — девушка-медиум из лондонского Ист-Энда, предрекшая гибель бессмертным лордокам. Триумвират стражей отправляет своих убийц за Джульетт. Среди них и легендарная наёмница Катрина Вэллкат. Но у неё другие планы. Чтобы узнать всю правду, Катрина должна защитить Джульетт, заключить хрупкий союз с таинственным Орденом Фонарников и пойти против равного себе, жестокого наёмника Нобилиора. И никто не готов к исходу, которым обернется это роковое задание. Погоня начинается! Третий роман в серии «Катрина». В серию входят: «Катрина: Число начала», «Катрина: Реквием ангела, исповедь демона».
Впервые имя Джульетт Фэннинг мимоходом стало звучать в компаниях охочих до диковинных развлечений и увлеченных спиритуализмом[1]. Упоминание пророчицы из Лаймхаус засветилось даже в паре лондонских газет. Интерес к ней разгорался на фоне очередного бума моды на медиумов и прорицательниц.
Это было время, когда открытие мясной лавки среди газетчиков считалось новостью. Значимость подобных событий ни у кого не вызывала сомнений, и потому газеты пестрели всевозможными банальностями. А уж когда подворачивалось что-то небывалое, даже незначительная новость приобретала поистине широкий размах.
Когда о Джульетт Фэннинг заговорили в следующий раз в очередном доме, при разговоре присутствовал гость особый и не простой.
В тот ясный весенний вечер узкий круг друзей собрался на воскресное жаркое[2] в доме достопочтенного сэра Артура на Чилтерн-стрит, в престижном квартале Мэрилебон.
Едва ли этот традиционный ужин можно было назвать светским мероприятием. Скорее скромной отдушиной в скучной жизни присутствующих. По обыкновению гости делились историями о всяческих пустяках с видом причастности к крайне важным событиям. Тут-то хозяин дома и вспомнил, что не так давно захаживал к этой самой пророчице из Лаймхаус.
— В самом деле, сэр Артур? И что же она вам сказала?
Вопрос миссис Мюррей, жены делового партнера сэра Артура, настолько соответствовал всеобщему любопытству, что гости на мгновение прервали трапезу, в ожидании, когда сэр Артур ответит.
Хозяин сегодняшнего воскресного ужина разрезал йоркширский пудинг и с усилием для самого себя переключил внимание с тарелки на беседу, саму собой возникшую из мимоходом упомянутого события.
— Насулила процветание и успех в дальнейших вложениях. Весьма красочно. И предостерегла от сопутствующих богатству излишеств, дабы ничего не угрожало здоровью, — легкомысленно поделился сэр Артур. — Словом, пророчествовала изо всех сил. Но я, знаете ли, человек не суеверный. Потому остался очарован усердием мисс Фэннинг более, чем её словами.
— О, просто прелестно! Бедняжка, эта нищенка так старается, не правда ли?
— Действительно, миссис Мюррей. Очень занятно, — отозвался мистер Бьюфорд.
Заметив, что данная тема возымела успех, сэр Артур отвлекся от уже наколотой на вилку отварной моркови, промокнул салфеткой усы и продолжил:
— Это ещё не самое нелепое из того, что она рассказывала. Когда впервые о ней написали в Illustrated London News, там приводились такие занятные выдумки этой мисс Фэннинг, что нынешние её предсказания просто блекнут. Например, уж не знаю, где она нахваталась таких идей, но она наговорила всяких небылиц про вампиров, будто бы они существуют на самом деле и ходят среди нас.
— Правда? — с интересом медленно произнес шелестящий женский голос с правой стороны обеденного стола. — Вампиры? Здесь, в Лондоне? Как вульгарно! И о таких несерьезных вещах нынче пишут в прессе?
Произнесшая это леди Сандерленд остановила на сэре Артуре свои выразительные глаза, казавшиеся в тускло освещенной столовой изумрудно-черными. А в зрачках её пленительно сверкал золотистый блеск, подобный тому, какой можно наблюдать у кошек в темноте. Этот блеск словно бы повторялся и в рыжине её великолепных волос, заколотых в элегантный пучок, как того требовала последняя мода от светских дам.
Все повернули головы к ней.
— Собственно, сама статья, — не преминул внести ясность сэр Артур, внезапно ощутивший желание рассказать об этом подробнее, — насколько я помню, рассказывала о различных уличных шарлатанах, обитающих на городских улицах, в числе которых юную мисс Фэннинг выделили, как наиболее занятную и милую особу. По мнению журналистов, ей удалось стать своего рода новым аттракционом в Ист-Энде для леди и джентльменов, интересующихся медиумами.
Мистер Бьюфорд издал участливый вздох:
— Всё-то они преувеличивают, эти газетчики, вам не кажется? Я хочу сказать, нельзя же людей называть аттракционом. По-моему, подать пени нуждающемуся это не что иное, как благотворительность, а не развлечение. Между прочим, в газетах не пишут о том, что проблема бесчеловечных условий труда вынуждает людей идти побираться на улицах, а порой воровать. Мы должны видеть суть проблемы, чтобы убрать с улиц шарлатанов и преступность. На мой взгляд, не современно, что у нас до сих пор нет возможности контролировать применение законов на предприятиях. Разве я не прав?
Благую инициативу мистера Бьюфорда никто не поддержал.
— Позволю себе не согласиться с вами, мистер Бьюфорд, — возразил мистер Мюррей, муж миссис Мюррей. — Совершенно очевидно, что необходимо обладать определенными наклонностями, чтобы вместо нормальной работы выйти на улицу и потешать публику своими причудами. И трудовые условия на производстве тут совершенно не при чем. Сэр Артур, скажите, сколько лет этой самозваной предсказательнице?
— Я бы не дал ей больше четырнадцати, — ответил тот.
