– Одни говорят, что ничего и, мол, все слухи, бабкины сказки. Другие, что там правит нежить, и ее там видимо невидимо. А третьи ничего не говорят, все видят, как они едут по этой дороге, а вот что случается с ними там, не знает никто.
– А сам-то ты что думаешь? – с интересом разглядывая хмурого спутника, спросила Рысь.
– Если бы не нужно было спешить, я бы туда ни за что на свете не сунулся, – ответил Слав, затем на мгновенье замолчал и продолжил, – но у нас нет времени на дальнейшие разговоры. Либо мы решаемся и идем через долину, либо забудь о своем женихе.
– Но почему ты мне помогаешь? Ты готов сунуться туда, куда никогда бы не пошел. Ради чего ты это делаешь?
– Ради себя, – глухо ответил Слав, и пустил коня по почти заросшей дороге, что вела к далекому горизонту.
– Все, завтра мы пересечем границу долины, – побрасывая очередную ветку в костер, сказал Слав, глядя на длинную горную цепь, преградившую путь. – Вон там меж двух самых высоких пиков проход в долину Пяти князей.
– Слушай, а почему она так называется? – спросила Рысь, доставая из мешка черствый хлеб и переворачивая жарившегося на костре утку.
– По легенде здесь жили пять братьев – пять князей. Старший был верховным правителем, остальные тоже правили, каждый в своей крепости. Но однажды средний брат нашел в горной пещере талисман и разбудил им древнее зло. Одни полагают, что это был Триглав, другие, что сам Чернобог. Никто больше не видел ни князей, ни народ, которым они правили. Долина заполнилась всевозможной нечистью – вовкулаки, ведмаки, упыри, белые девки, росомахи, топляки, маньи. Именно отсюда они расползлись по миру. Все ночные кошмары, о которых ты когда-либо слышала, живут в этой долине.
– И как уберечься от всей этой нечисти на их же земле? – испугавшись, спросила Рысь.
– Я не зря купил у ведуна, встреченного нами три дня назад, с десяток амулетов и множество наузов. А теперь нужно кое-что сделать с твоим мечом. – Слав взял стальную миску и кинул в нее несколько серебряных монет. Потом поставил ее на костер. – Пусть плавятся, – сказал он девушке, пристально следившей за его действиями. – Дай мне твой клинок, – протянув руку, попросил он.
Девушка, не понимая, отдала свой длинный и слегка похожий на саблю меч.
– Что ты хочешь сделать? – с любопытством наблюдая, как Слав кинул в почти расплавившееся серебро несколько пучков засушенных трав, спросила она.
– Нанести на все твое оружие тонкий слой серебра. Это единственное, что может остановить нежить. Давай, не сиди без дела, протри наконечники своих стрел вот этим, – и он протянул ей маленький пузырек с дурно пахнущей прозрачной жидкостью.
Сам же он занялся лезвием ее клинка и приступил к серебрению, нанося тончайший слой на всю поверхность и чуть больше на кончик. На глазах девушки серебро как бы впитывалось в сталь меча, хотя должно было отслаиваться. Закрыв распахнутый от удивления рот, она принялась протирать наконечники стрел дурно пахнущей жидкостью, передавая их Славу, который окунал их в серебро и аккуратно клал на большое бревно, давая им остыть.
– Держи, это последняя, – протягивая бело-оперенную смерть Славу, сказала Рысь.
– Вот не повезло, – хмуро рассматривая стальной наконечник без малейшего признака серебра, произнес парень, – совсем немного не хватило. Ну да ладно, будем наедятся, что этих, – он кивнул на разложенные посеребренные стрелы, – хватит.
– А твое оружие разве не надо посеребрить? – спросила девушка.
Слав отрицательно мотнул головой.
– Оно и так нечисть валит. – И принялся за нехитрый ужин.
Ночь была беспокойной: со стороны гор слышался громкий волчий вой, несколько раз сильный ветер почти задувал костер, и тогда вой становился как будто ближе. На рассвете Слав толкнул дремлющую Рысь.
– Пора, нужно до темноты пройти как можно дальше. Долина очень большая, нам потребуется дней пять, чтобы пересечь ее и выйти по другую сторону. Помни, что я тебе говорил.
– Да помню я, – огрызнулась девица, – постоянно вертеть головой, и если что замечу, сразу говорить тебе.
Слав кивнул.
– Ну если все ясно, тогда в путь. – И взлетев в седло коня, которого он прозвал Огнев.
Странный был конь, сам черный, а морда и уши рыжие, напоминающие языки пламени, вырывающиеся прямо из земли.
В полдень они остановились, чтобы последний раз перекусить в относительной безопасности. Огнев и его подружка, прозванная за глаза Карью, мелко подрагивали, косясь на узкую расщелину между двух высоких гор. В ней с трудом разъехались бы две телеги, а отряд в сотню лучников мог задержать немалую дружину.
– Я не хочу туда ехать, – неожиданно сказала Рысь.
– Что? – не расслышав, переспросил Слав.
– Я боюсь и не хочу туда ехать, – повторила девушка.
– Что ж, оставайся, я тебя не тяну. Мне нужно в Новый-град, и очень быстро, от этого зависит моя судьба. Харчи разделим, мне побольше, тебе поменьше. И разойдемся. Моя цель вон там, – и он указал на скрытый тенью горы проход, – вернее, по другу сторону. А ты можешь ехать обратно. Я скорее один поеду, чем возьму с собой человека, который на пол дороге бросает начатое.
