🔥 ПЕРВЫЙ ТОМ ЗДЕСЬ:https://author.today/work/405263🔥Я выполнил заказ на одного из самых богатых и влиятельных аристократов империи, но в награду получил пулю в шею от своих же соратников. И теперь, по злой иронии судьбы, я оказался в теле сына моей жертвы. Совсем скоро меня лишат всего: наследства, титула, фамилии, а потом сошлют за стену - туда, где обитают монстры. И всё, что мне оставят - это обнищавшее имение на маленьком клочке земли со злобным соседом, который мечтает меня уничтожить.Но со мной, как и прежде, мой опыт непревзойденного убийцы, шпиона и мага, а еще небольшая горстка верных мне бойцов. И я собираюсь вернуть всё, что по праву принадлежит мне. А потом я раздам кровавые долги моим врагам.
На дворе стояла чудесная золотая осень. Солнце весело пробивалось сквозь трепещущие на ветру желтые и багряные листья дубов и кленов. Воздух был наполнен оживленным птичьим гомоном. А в высоких голубых небесах проплывали редкие легкие облака. Все вокруг словно бы пыталось впитать в себя счастье и ликование последних уходящих ясных теплых дней.
И на всем этом пестром и жизнерадостном фоне очень странно и необычно смотрелась одинокая темная фигура, медленно идущая к видневшемуся на склоне холма сельскому кладбищу. Это был совсем еще юноша. Но, если случайный путник смог бы заглянуть ему в глаза, то его поразила бы застывшая там вековая печаль. Этот человек был молод телом, но стар душой. Во всяком случае именно так он выглядел в этот самый момент.
Подойдя к подножию холма, он двинулся между рядами могил к тому месту, где виднелись свежие холмики земли и кресты, обложенные траурными венками. Приблизившись к одной из могил, он остановился и хмуро взглянул на табличку с именем и годами жизни, отмеренными жестокой судьбой для их обладателя.
Было заметно, что далось ему это нелегко. Даже не так. Ему чертовски тяжело было видеть на памятной табличке имя, которое он так часто произносил, совсем не задумываясь, что однажды будет его только читать на могильной плите и никогда больше не скажет вслух. Он слишком привязался к этому человеку. Была ли это ошибка? Возможно. Но, даже если и так, это была первая ошибка, о которой он ни капли не жалел.
Покровская Ольга Дмитриевна.
Он читал это уже в десятый раз. И все не мог поверить. Когда, месяц назад, он уезжал, она обещала его ждать. И не дождалась. И все, что было в ее короткой жизни, никак не походило на историю счастливого человека. До счастья она так и не дожила.
Просто кому-то захотелось поставить точку в ее так и не сбывшихся мечтах. Поставить просто так, из-за прихоти. Чтобы преподать урок. И эта жирная точка была вырезана на лбу у бедной девчушки, когда ее нашли мертвой… и когда ее укладывали в гроб. Большой багровый шрам в виде сердца каменного голема…
Вместе с осенней прохладой в Петербург вернулась яркая и суетливая пора балов и пышных приемов. Северная столица утопала в роскоши и неге, абсолютно не заботясь о том, что происходит на отдаленных окраинах некогда обширной империи. Им было не до этого. Не до гиблых диких земель с их первобытными нравами, не до бед и забот простых людей, которые там жили, не до ратного подвига доблестных воинов, которые защищали рубежи их отечества от нашествия смертоносных аномальных тварей. Северная столица жила своей обычной беззаботной и легкомысленной жизнью.
В один из ненастных ноябрьских вечеров в гостиной князя Михаила Алексеевича Филатова собралось, впрочем, как и всегда, весьма блистательное светское общество. Был здесь и многоуважаемый князь Зубов Михаил Петрович, генерал губернатор приграничного округа, вместе с молодой супругой, с которой состоял в браке что-то около двух лет. Вокруг князя собрался небольшой мужской кружок, где шла неспешная беседа, касающаяся текущей политической обстановки и недвусмысленных планов императора по дальнейшему отторжению приграничных Польских земель.
Однако, в другом кружке, состоявшем из более молодых и горячих лиц, где центральной фигурой был граф Андрей Филиппович Доронин, адъютант генерал-губернатора, шел разговор на совсем другую тему, которая в последние дни будоражила весь без исключения высший свет северной столицы.
— Но, помилуйте-с, граф, — спрашивал низкорослый брюнет в синем фраке, прикладывая недавно вошедший в моду лорнет к своим и без этого вполне сносно видящим глазам, — князь Островский пропал десять лет тому назад во время охоты в диких землях. И тут он совершенно неожиданно появляется. Целый и невредимый. Сваливается буквально, как снег на голову. Да еще и прямо к постели умирающего отца, обладателя огромного состояния. Сдается мне, что в этой неправдоподобной истории очень много белых пятен.
— Полноте, Петр Николаевич, — с важным видом оглядев притихшую публику, которая ловила каждое его слово, ответствовал граф Доронин, — насколько я знаю, счастливый отец, находясь уже совершенно при смерти, признал своего сына. Говорят, что вновь явленный Александр Андреевич готов был на ДНК-экспертизу и уже собрался было через нее пройти, но престарелый князь Островский, узнав про это, невероятно разгневался и даже выгнал своего личного доктора, который первым намекнул на эту процедуру. Вопреки ожиданиям врачей после такого чудесного обретения давно пропавшего единственного сына, князь Андрей Михайлович прожил еще дней десять, хоть доктора ему и пары суток не давали. И, конечно же, счастливый родитель на радостях отписал сыну все свое баснословное состояние, которое до этого хотел завещать на благотворительность.
Виконт Петр Николаевич Морев на протяжении всей речи графа с любопытством смотрел на него через свой лорнет в золотой оправе.
