Да уж, Сухоруков, недолго я тебя знал, но наворотить дел ты в этом районе успел. Оставил после себя жуткое наследие.
Вернувшись домой, я обнаружил Токса, спящего на объедках от пирожков. Он даже не заметил, как я вошёл на кухню. Вот только радости от встречи с ним у меня почти не возникло.
Некротики в своём питомце я не чувствовал. Но если учесть, что он был воскрешён некромантом… Как бы в один «прекрасный» день клятва лекаря не принудила меня к убийству своего членистоногого друга.
Прежде чем лечь спать, я поднялся в библиотеку и достал трактат Асклепия, который заранее старательно зарыл среди других книг. Лекарской магии у меня на пару страниц осталось. Посмотрим, что скажет мне книга.
Трактат открылся ровно на той странице, где я остановился в прошлый раз. Это вызвало у меня облегчение — не придётся ещё раз тратить силы уже на прочитанные ранее главы.
Следующая страница, отнявшая у меня половина от оставшихся сил, встретила меня поздравлением.
«Воля в тебе сильна, юный лекарь, раз ты всё же принял созданную мной клятву. Однако помни, что любой поворот в сторону от твоего ремесла заставит тебя потерять всё. А пока возрадуйся! Ибо тебе открылся огромный потенциал. На следующей странице ты сможешь определить, как быстро растёт твоя новообретённая магия».
Да это не книга, а целый магический компьютер! Как вообще в руках Решетова оказался столь могущественный артефакт? Похоже, старик не всё мне о себе рассказал.
Я перелистнул страницу и почувствовал, что сегодня сделал это в последний раз. Дальше мне уже не продвинуться — сил совсем нет.
На открывшемся выцветшем листе бумаги была изображена ладонь. И, судя по инструкциям Асклепия, я должен был положить на неё свою руку.
Стоило мне это сделать, как на соседней странице появился текст.
«Скорость роста лекарской магии — высокая. Отличный результат! С таким ты сможешь обогнать многих своих коллег. Но не стремись возвышаться над ними. Лучше направь свой пыл во благо нуждающихся».
Я захлопнул книгу и устало откинулся на спинку кресла. Потенциал у моего предшественника был слабый. Но судя по всему, моя душа в совокупности с клятвой значительно ускорила процесс развития витков. Правда, как ни странно, не лекарская магия беспокоит меня в большей степени.
У меня в подвале целая куча растений, из которых можно сделать лекарства. Мне ещё над многим предстоит поработать.
Больше в эту ночь я себе перетруждать не стал. Улёгся спать, рассчитывая провести в объятьях Морфея как минимум двенадцать часов. Впереди два выходных, так что я могу себе позволить такое удовольствие.
Однако наутро меня разбудило что-то живое. Не Токс, но врезавшаяся в стекло моей спальни ворона. Поначалу я подумал, что сделала она это случайно, но как только я заметил в её клюве письмо, всё сразу же встало на свои места.
Так вот кто приносит магическую почту! А я то думал, что её на поездах доставляют…
Я распахнул окно, в моё лицо ударил холодный декабрьский воздух.
— Спасибо, пернатая, — улыбнулся я и выдернул из её клюва конверт.
Я был уверен, что мне написал отец. И я не ошибся. На послании было указано имя «Александр Сергеевич Мечников».
Вот только конвертов оказалось два. И на втором оказалось совсем другое имя.
— Письмо от Дмитрия Павловича Юсупова… — вздохнул я.
Значит, он всё-таки узнал мой адрес. Не самые лучшие новости. Значит, новые охотники за головами могут нагрянуть ко мне в любое время.
Прежде чем открывать письмо графа, я решил взглянуть, что написал мой отец.
'До меня дошли тревожные слухи о том, что на тебя напали наёмники. И что ты изувечил нескольких из них. Они уже добрались до Санкт-Петербурга и отчитались перед графом Юсуповым. Мне пришлось экстренно устроить с ним встречу, но слушать мои доводы он не стал. Будь аккуратен, Алексей. Юсупов на этом не остановится. Может так случиться, что встреченные тобой охотники — это лишь начало.
p.s. Как ты умудрился так изуродовать этих бандитов, если раньше даже своего брата Ярослава не мог одолеть в поединке?'
М-да, как отвечать на его последний вопрос я не знаю. Можно, конечно, упомянуть в ответном письме, что у меня пробудился обратный виток. Но пристальное внимание от отца — это последнее, что мне сейчас нужно. Пока что я хочу остаться в Хопёрске и заниматься своими изобретениями и развитием фармакологии.
А вот касаемо новых атак — я и не сомневался, что на этом Юсупов не остановится. Возможно, что-то мне станет известно из его письма. Правда, открывать его стоит аккуратно. Ещё не хватало случайно наткнуться на скрытые в конверте споры сибирской язвы или какое-нибудь проклятье.
На всякий случай я заранее заготовил обратный виток, а у же после этого открыл письмо. Никаких ядов и спор внутри не оказалось. Там лежало обычное письмо, причём текста в нём почти не было. Буквально несколько предложений.
«Буду ждать тебя в своём особняке, Мечников. У тебя неделя, чтобы прибыть ко мне на личную встречу. Откажешься — и тебя будут ожидать проблемы посерьёзнее, клянусь именем своего рода».
