— Я бы не стал подрываться и ехать туда, если бы мой знакомый не сказал мне одну интересную деталь. Этот мужчина всеми способами избегает солнца. У меня возникли подозрения, что этот человек может быть вампиром.
П-ф-ф. Вот только вампиров нам не хватало! Хотя чему я удивляюсь? Достаточно вспомнить, что у меня в подвале прямо сейчас учится писать клещ-аристократ.
— Вампиры в наших краях встречаются редко. Но очень часто эти твари также владеют некротической магией, — поделился своим мнением Кораблёв.
Ясно. Значит, этот человек может оказаться нашим подозреваемым. Той ночью в амбулатории, когда мы впервые пересеклись с верховным некромантом, везде было темно. И в здании, и снаружи.
Так что такую вероятность исключать не стоит.
— Раз мы едем в Васильевку, имеет смысл кому-то из нас ещё и в Северку заглянуть, — сказал я. — Мы с Сеченовым хотим проверить ещё одного подозреваемого.
Третьего долгожителя.
— Так и думал, что вы ведёте своё расследование, а меня даже в известность решили не ставить! — фыркнул Кораблёв. — Хорошо, заедем и туда, как разберёмся с этим вампиром.
Через три часа наша карета продралась сквозь дебри в одно из самых глухих сёл Хопёрского района.
— Вот здесь! Тормози! — крикнул извозчику Кораблёв.
Мы вышли к старому дому, сокрытому от солнечного света густыми кронами деревьев, которыми было окружено жилище нашего потенциального врага.
Я заметил как дёрнулась штора. За ней на долю секунды промелькнуло чьё-то лицо.
— Он уже в курсе, что мы здесь, — сказал я коллегам.
— В таком случае имеет смысл брать дом штурмом, — сказал Сеченов. — Нельзя дать ему уйти.
И судя по всему, обитатель дома нас прекрасно слышал. Как только Иван упомянул штурм, дверь дома распахнулась, и наружу выбежал мужчина, облачённый в тёмный балахон с капюшоном и со всех ног рванул в сторону леса.
— За ним! — закричал Кораблёв.
Побежать вместе с нами он не смог, возраст не позволял. Но мы с Сеченовым настигли беглеца меньше, чем за минуту. И то потому, что вампир споткнулся о какой-то корень и рухнул на землю прямо перед нами. С его головы упал капюшон.
И когда солнечные лучи попали на его лицо, он принялся истошно кричать, прикрывая глаза руками.
— Попался, ублюдок! — рявкнул Сеченов.
— Стой! — крикнул я коллеге. — Не трогай его. Это не вампир.
Друг Кораблёва ошибся. Здесь совсем другая ситуация.
— Тащим его в дом, быстро! — велел Ивану я. — Чувствуешь, как звенит клятва лекаря? Мы должны ему помочь.
— Как это — помочь? — удивился Сеченов. — Он же может оказаться некро…
Иван замолчал, когда осознал, что и в его теле вибрирует зов клятвы. И в этот раз клятва не требовала истребить некротику. Она просила, чтобы мы помогли страдающему человеку.
Всё не так, как казалось изначально. Перед нами больной мужчина, а не вампир.
Я накинул на голову пациента его капюшон, а затем резким рывком за плечи помог ему подняться.
— Идёмте, мы вам зла не причиним, — пообещал ему я. — Мы — лекари. И приехали сюда, чтобы помочь вам с вашим недугом.
— Только не убивайте… — шептал он, но всё же следовал за нами. — Пожалуйста, только не убивайте! Я и так уже намучался. Просто оставьте меня в покое, я уже привык так жить. Я ведь никому не мешаю, правда!
— Уверяю вас, мы не собираемся вам вредить, — сказал я и продолжил тащить «вампира» в дом. — Я просто пытаюсь скрыть вас от солнца.
Около дома нас встретил Иван Сергеевич Кораблёв, который всё это время пытался перелезть через забор, но столкнулся с препятствием в виде артроза коленных суставов. Опираясь на палку, он понёсся к нам наперерез и, кажется, уже был готов врезать «вампиру» по хребту.
— Ага! Попался всё-таки! — воскликнул старик в совсем несвойственной ему манере.
— Иван! — крикнул я Сеченову. — Будь так добр, задержи главного лекаря и объясни ему ситуацию. Я пока начну осматривать пациента.
— Угу, — кивнул коллега и тут же получил по затылку тростью Кораблёва, который не смог достать до нашего пациента.
— Почему вы мне помогаете? — постанывая от боли, спросил мужчина в чёрном балахоне.
Когда мы вошли в дом, я на несколько секунд полностью лишился зрения. В хижине царила абсолютная тьма. На окнах висело несколько слоёв занавесок, чтобы даже мельчайшие лучики солнечного света не смогли пробраться в обитель сельского чудака.
— О вас соседи побеспокоились, — прямо сказал я. — Мы с коллегами приехали из Хопёрска, чтобы вам помочь. Как только я взглянул на вашу кожу, мне сразу стало ясно, что с вами происходит.
— Правда? — с сарказмом спросил он, ковыляя к своей постели. — А мне вот совсем неясно, господин лекарь. Такое впечатление, будто меня кто-то проклял. Всю жизнь не было никаких проблем. Как только двадцать пять лет стукнуло, сразу же начался этот кошмар.
Двадцать пять? А выглядит он гораздо старше. Но внешность больного была сильно видоизменена из-за повреждений кожи, которые он был вынужден переживать после каждого выхода на улицу в дневное время суток.
