Однако сам Иван не стал дожидаться благодарностей от пациента. Он молча покинул дом и вернулся в карету. Я же объяснил пациенту, что на этом его лечение не заканчивается. Оставил ему несколько противовоспалительных мазей и сказал, как часто он должен посещать нашу амбулаторию.
А делать ему это придётся часто. Нашего лечения хватит на пару месяцев — не больше. Однако я смогу восстановить его полностью, когда мы сможем изобрести глюкокортикостероидные препараты. Вот уж их эффекта точно хватит, чтобы надолго снимать воспаление кожи.
— Иван Сергеевич, — обратился я к Кораблёву, пока мы шли к карете. — Попросите своего друга, чтобы он объяснил остальным жителям села ситуацию. Если Шевкунова продолжат гнобить, ничем хорошим это не закончится. Ему работу нужно искать, иначе он не сможет оплачивать наши консультации.
— А что, Сеченов не планирует платить за него вечно? — усмехнулся Кораблёв. — Ладно, я попробую. Но люди так быстро не адаптируются. Сами знаете, жители сёл и деревень очень суеверны. Да чего уж тут говорить? Даже я купился на эту байку. Хорошо, что вы вовремя обратили внимание на его кожу. Если бы мы убили невиновного… Я бы себе этого никогда не простил.
А между тем у нас до сих пор остаётся проблема ненайденного некроманта. Да где же этот ублюдок прячется?
— Мы ещё собирались заглянуть в Северку, — напомнил главному лекарю я. — Посетим последнего долгожителя. Ехать тут недалеко. Минут тридцать через лес.
— Хорошо, — кивнул Кораблёв. — Сегодня в амбулатории нас всё равно не ждут, так что можем позволить себе немного насладиться природой.
По дороге в Северку я решил спросить Сеченова о том, что меня заинтересовало ещё в доме у местного «вампира».
— Иван, — прошептал я. — Мне очень понравился твой поступок. Но мне интересно, зачем ты это сделал? Ранее за тобой такого не наблюдалось.
— Хм, — промычал он. — Ну не тебе же одному геройствовать, верно? Полгода назад я бы не стал этого делать. Честно. Но после того как мы с тобой начали совместную работу, я понял, что дело ведь не только в деньгах. И даже не в клятве лекаря. Плевать на все эти ограничения. Мы — лекари по призванию. Мы рождены такими. Наверное, неправильно выкачивать из людей последние гроши и бросать их в беде, когда мы можем помочь, практически при этом не напрягаясь.
Мне даже сказать было нечего. Золотые слова. Удивлён, что Сеченов так хорошо понял моё мировоззрение и даже смог перенять его.
В Северке нас встретила Светлана — местная знахарка. Странно только, что она ждала нас. Это меня сразу же насторожило. Не мог же кто-то опередить нас и сообщить о том, что в местной глуши появились лекари.
— Добрый день, Светлана! — выглянув из окошка кареты, улыбнулся Кораблёв. — Как вы тут поживаете?
— Иван Сергеевич, родненький, а я ведь знала, что вы приедете. Мы уже все в курсе! — воскликнула она.
— Да ну? — удивился он. — И кто же сообщил?
— Лука Андреевич наш. Бывший староста. Он уже на смертном одре, — сказала Светлана. — Бредит. Говорит, что скоро лекари приедут. Даже по именам вас всех перечислил.
Лука Андреевич — тот самый старик, к которому мы и ехали.
— Что он ещё сказал? — выпрыгнув из кареты, спросил я.
— Он хочет видеть вас, Алексей Александрович, — вздохнула Светлана. — Сказал, что не умрёт, пока не предупредит вас.
Создаётся такое впечатление, что некромант в курсе, что мы знаем о местонахождении всех долгожителей Хопёрского района. При этом он сам к их числу не относится, поэтому просто играет с нами.
Не может же быть простым совпадением тот факт, что с нами решил переговорить с глазу на глаз один из последних местных старцев? Мы ехали к нему, а он знал, где мы появимся в конечном итоге.
И чьих это трудов плоды? У старика есть магия предсказания? Или с ним успел встретиться некромант? Что ж, уже очень скоро я узнаю ответ на этот вопрос.
— Я, пожалуй, подожду здесь, — сказал Сеченов. — Мне надо немного прийти в себя после крайнего пациента.
— Думаю, я тоже останусь с господином Сеченовым у кареты, — добавил Кораблёв. — Раз старик хочет поговорить именно с вами, нам не стоит вмешиваться в эту беседу.
С одной стороны, они правы. Мне бы тоже хотелось пообщаться с этим пациентом с глазу на глаз. Но с другой стороны, есть риск, что там находится ловушка некроманта. Хотя… Я хоть и понимаю, что перевес сил у нас очень большой, и работает он не в мою пользу. Но всё равно страха перед некромантом я почему-то не испытываю. Если он всё-таки решит на меня напасть, я сделаю всё, чтобы выжить. А если не выживу, то в любом случае заберу этого подонка с собой.
Остальные лекари остались позади, а знахарка Светлана тем временем повела меня к дому, где на последнем издыхании ожидал пациент.
— Папка мой… — прикрыв глаза, махнул рукой пожилой мужчина. — Совсем ему уже худо.
На долю секунды я решил, что это и есть мой пациент. Но чуть позже до меня дошло, что передо мной его сын. Да, ему уже под восемьдесят, но если вспомнить, сколько лет больному, удивляться тут нечему. Возможно, Лука Андреевич даже до праправнуков дожил.
