На улице было привычно шумно. Проходя мимо стайки девиц, записывающих рилсы, Кайрэн едва заметно поморщился. Еще пятнадцать лет назад, когда родители покупали эту квартиру, Патриаршие пруды или “Патрики” был тихим буржуазным районом Москвы, в котором по утрам можно было увидеть респектабельных дам, выгуливающих своих собак.
Потом как грибы после дождя здесь стали появляться новые рестораны и клубы, и Патрики превратились в модное тусовочное место для богатых. С годами район стал наполняться толпами бездельников — псевдокоучами, инфоцыганами, “гуру” крипты и губастыми “музами”, которые искали тугой кошелек, чтобы присосаться.
Каждый раз выходя из дома, Кайрэн ловил себя на мысли, что попадает в бесконечную ленту Тик-Тока. Жил он бывшем доходном доме девятнадцатого века в огромной квартире с высокими потолками, лепниной, старинным паркетом и окном в ванной комнате.
Поднявшись к себе, Сайто первым делом написал короткое сообщение Маре:
Хотел было отложить телефон и пойти спокойно переодеваться, но вместо этого застыл с мобильным в руке, неотрывно смотря на гаснущий экран.
Ответ не заставил себя ждать. Кайрэн облегченно выдохнул.
Спать еще было рано, пустого времяпрепровождения Кайрэн не терпел. Он потянулся к небольшой серой папке, которую привез еще из Токио. Внутри нее, поверх документов, лежала старая фотография. Судя по большому кассетному магнитофону и довольно скудному праздничному столу, компания, запечатленная на фото, отмечала новый 1997 год. Их было всего пять человек — четыре парня и одна светловолосая девушка. Всем лет по восемнадцать, не больше. Взгляд постоянно останавливался на блондинке, так сильно она была похожа на ту, чье тепло до сих пор хранило его тело.
Когда его отправили в Москву, у Кайрэна было две задачи. Первая — встретиться с Марысей Василенко и понять, можно ли с ней договориться по-человечески, без формальностей и скандалов. Вторая — найти жену, чтобы наконец восстановить равновесие в семье — получить свою законную долю в семейном бизнесе и некоторые активы из наследства дяди. Ну и чтобы родственники перестали подсовывать ему невест из хороших домов. Это было по-настоящему невыносимо!
Кайрэн был готов к долгим непростым переговорам. К компромиссам. К сопротивлению, к неуемной жадности. Но оказался не готов к девушке, которая сама рухнула ему прямо на руки в холле здания, которым он владел. Девушка, которая сначала смотрела на него так, будто готова была сбежать, если он скажет лишнее слово, а затем доверчиво прижалась к нему, позабыв о своей антипатии.
После их первой встречи Кайрэн долго не думал. Решение пришло само собой. Он сам женится на Маре, разом решив все проблемы.
Со вздохом закрыл папку, ее содержимое Кайрэн знал наизусть, он собрался уже в душ, когда на экране телефона возникло имя Мара. Нужно переименовать ее в Мечту.
Сообщение оказалось очень лаконичным:
“Я согласна. Присылай свой договор!”
Кайрен несколько секунд смотрел, не отрываясь на смс-ку. Явно что-то случилось, пока она ехала домой. Или уже дома. Он, конечно, выяснит. А по телу уже бежала горячая волна удовольствия. Он медленно прикрыл глаза. Кайрэн Сайто всегда получает желаемое.
Ответил он, впрочем, довольно сдержанно.
“Ок! Договор обсуждается лично. Увидимся завтра”
Глава 14
Мара получила сообщение от своего почти жениха, когда уже заходила в подъезд. Неожиданно и очень приятно. Она тут же словно вернулась на крыльцо ресторана, где они стояли обнявшись. Почувствовала его дыхание на ее коже, увидела его взгляд, от которого мурашки бежали по коже…
Наваждение какое-то.
Что бы он там не говорил о своей русской маме и русской культуре, видно же, что иностранец! Ни один из предыдущих ухажеров никогда не интересовался у Мары, как она доезжала домой. Может, просто не везло на хорошо воспитанных японских богов?
Дверь Мара открывала своим ключем, не желая беспокоить родителей. В отличие от некоторых своих знакомых, она не торопилась съезжать в съемную крохотную студию и жить своей взрослой жизнью. И дело было не только и не столько в деньгах. Ей было уютно и спокойно здесь, в этом доме, где она жила столько, сколько себя помнила.
Из кухни донесся голос мамы, она что-то горячо объясняла отцу, поэтому и не слышала щелчок замка. Мара уже хотела окликнуть родителей, когда услышала свое имя.
— …я никогда не говорила, что она непутевая! Но, то, что мы вырастили ее не приспособленной к жизни, инфантильной, это факт!
— Тамара, ты расстроена из-за своей работы. Мара ни при чем! Думаешь, она одна такая? — вступился за дочь папа. — Это же целое тепличное поколение, зуммеры, мать их!. Гаджеты-фигаджеты, интернет, искусственный интеллект, только естественного не хватает. Ну и личные границы! Попробуй чего скажи какому-нибудь сопляку с синими волосами! Нам еще, считай, повезло с Марой. С ней никаких проблем не было!
