— И не нужно. Не обижайся, но будет гораздо лучше… если ты уйдешь.
Её и саму на мгновение одолело желание уйти: видела, что её присутствие не только не влияет положительно, но и накаливает обстановку. Но — передумала, обратив внимание, что последние слова друг произнес почти через силу, как обязательный к зачитыванию текст, с которым нет внутреннего согласия.
— Нет, — приняла решение Кейра. Вышла на середину комнаты, оказавшись ровно напротив. — Я останусь здесь. И помогу…
— Да ничем ты не поможешь, что тут непонятного! — заорал Альден так, что по покоям пошло гулять эхо. — Ни ты, ни кто-то ещё! Нечему больше помогать! Ничего не осталось! Или ты посмотреть на меня хочешь?!
Покровительница эльфов со страху вжала голову в плечи: настолько разъярённым она видела императора всего несколько раз в жизни, а в отношении себя и вовсе впервые.
Лишь два предмета напоминали о нём-прежнем — неуязвимые прическа и очки. Красные пятна увеличились и в размере и в количестве, покрыв неровной сеткой половину лица и ярко выделяясь на фоне остальной побелевшей кожи.
— Мне и с тобой ещё надо поругаться?! Давай, самый лучший момент! Со всеми поругался, а с тобой не успел! Потом буду бегать просить прощения. Нет ничего лучше, да?! Почему бы не побегать, ведь это я во всём виноват! Территорию — сдал, войну — проиграл, ещё и спор этот… Всё для республики! Всё для вождя эльфов!
Полубезумный взгляд Альдена держал, словно магнитом, не давая прийти в себя и сосредоточить мысли.
— Всем нужна была империя, все делали на неё ставки — помрёт-не помрёт! А давайте-ка накачаем её, чтобы, если вдруг что, она первой встретила врага, защитила остальных! Так ведь проще, да?! Если империя есть, чего бы не попользоваться, не стоять же ей без дела! Там как-нибудь отыграем. А не отыграем — свалим на меня: чего это я проигрываю за всех? Непорядок! Непорядок проигрывать!
Закрыв лицо руками, Альден рухнул на колени, сжался в комок и завыл, так истошно, что у девушки едва сердце не разорвалось от отчаяния.
— Кейра, умоляю, оставь меня, — простонал император. — Если есть ещё что-то, чем я могу тебя заклинать, — оставь.
— Не могу, — прошептала Правительница, — не могу… Я не должна бросать тебя в таком состоянии.
— Можешь! Можешь и должна! Иначе…
Альден закашлялся; судя по звукам, он из последних сил сдерживал слёзы.
Кейра снова сделала шаг вперёд, инстинктивно, потому как ни сил ни времени на обдумывание целесообразности не было. Она хотела спасти ситуацию и делала всё, что только могла.
Издав сдавленный вопль, Альден дёрнул наотмашь рукой. Воздух перед ним заискрился; вновь повинуясь рефлексам, девушка остановилась. Потянулась в замешательстве, не понимая, что произошло, — не атаковали же её, в самом деле?.. И упёрлась в невидимую стену.
— Не надо. Пожалуйста, — прошептал Альден. — Стой, где стоишь.
Правительница медленно опустилась вслед за ним на пол.
Всё, приехали. Слов не осталось, а любое другое средство, которое можно было бы использовать, требовало непосредственного контакта, который ей закрыли.
Нервы закручивались в жгуты от борьбы холодного чувства собственной беспомощности и нежелания сдаваться. Взгляд дёргано скакал по комнате в поисках чего-либо, за что можно было бы ассоциативно зацепиться и переломить ситуацию, но никак не находил…
Пока, наконец, не упал на альденову гитару. Практически случайно: любимый своим владельцем инструмент валялся в дальнем углу, словно потерявший смысл полированный кусок дерева. У Кейры перехватило горло от ощущения неправильности — которое тут же нацепил на себя клубок остальных переживаний.
Всё из-за войны. Чертовой войны, вынуждающей бросать всё, что любишь, и на какое-то время — от недель до месяцев, как повезёт, — превращаться в нелюдя. Думать, как инфернал, действовать, как инфернал, ради того чтобы поскорее уничтожить или хотя бы нейтрализовать врага и вновь вернуться к самому себе, вспомнить о том, что есть в жизни хорошего.
— Отпустите меня в мой сон, — прошептала девушка всплывшие в голове строчки, отстраняясь от происходящего и не видя ничего перед собой. — Там поёт серебряный дождь…
Альден затих. Чуть поднял голову — Кейра почувствовала направленный взгляд.
— Гитара, — тихо произнёс император.
— Что? — Кейра вздрогнула.
— Возьми гитару.
— Я…
Не собиралась петь. Не хотела петь. Уже несколько лет как не играла. Вообще не готовилась.
Альден повёл головой в направлении угла; гитара поднялась в воздух и сама поплыла через комнату, избавив девушку от мук выбора.
«Только бы не запутаться в переборе», — успела подумать Кейра, принимая инструмент.
