Для Розы летнее трансатлантическое путешествие было унизительным испытанием. Еще до того, как «Америка» покинула пирс, пошли слухи о Франклине Джефферсоне, который пытался убить свою жену, красавицу француженку. Когда Роза вошла на борт, она стала объектом повышенного внимания и, что еще хуже, жалости. Она скрипела зубами и старалась пробраться во время ужина к столу капитана. Потом она уединилась в своей каюте, и еду ей приносили туда. Только очень рано утром, когда Роза оставляла каюту, чтобы пройтись по погруженной в туман палубе, ее могли видеть. И даже тогда ее вызывающее одиночество служило предупреждением не вступать в контакт.
В дневное время Роза с головой уходила в работу. Стюарды торопились от ее каюты к телефонному офису и наоборот, принося послания и унося ответы на них. Через Хью О'Нила она установила прямой контакт с инспектором Роулинсом в Скотланд-Ярде, который держал ее в курсе своих попыток найти Франклина. Также именно от Роулинса Роза узнала о заявлении Мишель в полиции, вовлекающем в дело Гарри Тейлора. Роза считала утверждения Мишель абсурдными, и все же они поднимали вопросы, которые терзали ее.
Почему Франклин стрелял в Мишель? Была ли она реальной целью или Франклин метил в Гарри? Если так, почему Франклин, который во всех письмах так хорошо отзывался о Гарри, вдруг настолько изменил свое отношение к нему?
Роза вспомнила то кошмарное утро, когда полиция привела Франклина домой после инцидента со Стивеном. Мысль, что нечто похожее произошло снова, поглощала ее. И поскольку это было так, Роза не могла игнорировать последствия. События в Лондоне уже отозвались в Нью-Йорке. Из банков, которые подписались на векселя, звонили ежедневно, требуя новых заверений. Все ждали заявления Розы Джефферсон, проясняющего ситуацию.
В последний день путешествия, за считанные часы до того, как «Америка» вошла в док, прибыла телеграмма от Гарри Тейлора:
«Франклин найден Состояние нормальное Находится Беллингхэм госпитале Встречу тебя доке Мужайся
Гарри»
Роза была вне себя. В порядке любезности по отношению к пассажирке капитан «Америки» дал радиограмму, прося британскую таможню и имиграционную службу ускорить для нее прохождение обычных формальностей. Роза сходила с корабля первой, и через несколько минут встретилась с Гарри.
– С Франклином действительно все в порядке? – спросила она сразу.
– Да, – ответил Гарри, собираясь провожать ее к машине. – Я устроил так, чтобы тебя провели прямо в тюрьму.
– Ты не поедешь со мной?
– Тебе лучше видеть его наедине. Сэр Деннис Притчард сказал, он будет там, чтобы поговорить с тобой. Я буду ждать твоего возвращения в отеле.
Когда Роза села в машину, Гарри тронул ее руку.
– Я не знаю, почему он хотел застрелить кого бы то ни было, Роза. Меня или Мишель. Это правда. И я не считаю, что он может отвечать. Я хочу, чтобы ты знала это.
– Храни тебя Бог, Гарри.
Роза рассчитывала, что ее привезут в Лондон, но вместо этого шофер взял курс на юго-восток.
– Водитель, куда вы меня везете?
– В госпиталь «Беллингхэм», мэм. Он располагается в деревне Чарлтон, за Вулиджем.
Названия ничего не говорили Розе, но она была смущена услугой Гарри. Машина замедляла ход, когда ехали по узким деревенским улочкам. Через полторы мили от деревни свернули на длинную извилистую дорогу, вдоль которой росли древние дубы, и остановились перед старинным особняком эпохи короля Якова I. Больница, если это была она, была больше похожа на тюрьму, с угрожающе торчащими пиками забора, орудийными башнями из грязного красного кирпича и узкими окнами.
– Вы уверены, что сюда? – нервно спросила Роза.
– Это «Беллингхэм», мэм.
Зайдя внутрь, Роза рассчитывала быть принятой администратором. Вместо этого он проводил ее через центральный холл и дальше по коридору с тяжелыми деревянными дверями с металлической обивкой, с глазками, закрытыми толстым стеклом. Мрак вокруг нее вдруг был разорван потоками света от мерцающих газовых ламп. Из-за дверей Роза могла слышать слабые голоса, свист, вопли.
– Почему вы не могли привести моего брата в ваш офис? – спросила Роза, голос ее дрожал.
– Простите, мэм, – сказал администратор, – мистер Джефферсон имеет историю с непредсказуемым поведением. Согласно нашим инструкциям его нельзя переводить никуда из помещения, где он находится. По любой причине.
– Посмотрим, – мрачно сказала Роза.
В конце коридора два дюжих служителя присоединились к ним.
– Где мы? – спросила Роза.
– Это медицинская палата, мэм.
Что-то в голосе администратора встревожило Розу. Она остановилась, заглянула через окно из стекол и не могла удержаться, чтобы не вскрикнуть.
– Что за ад вы здесь устроили? – закричала она.
Внутри камеры, стены которой обиты грязной парусиной, был человек или то, что от него осталось. Он был завернут в смирительную рубашку, которая стягивала руки и верхнюю половину тела, но оставляла свободу ходить по камере и биться о стены. Его брюки были грязны и покрылись коркой, его лицо кровоточило от наказания, которое он наложил на себя.
– Мисс Джефферсон, пожалуйста.