— Нет, барин. Оттуда я не решилась бы взять ребенка, — ответила Крачинская. — Раньше я работала в городе Ц. Однажды меня позвала к себе докторша и попросила, чтобы я нашла здоровую женщину, которая взяла бы на попечение ребенка. Я попросила показать мне его, и когда увидела этого малютку, я не могла его не взять. Мы с мужем были бедны, и плата, которую мне предложили, могла оказаться для нас хорошим подспорьем. Мальчик был еще совсем мал и нуждался в материнской ласке, заботе. Крошку звали Петром. Первые три года докторша аккуратно выплачивала обещанные мне деньги. В определенные дни я сама ходила в Ц. и брала туда с собой мальчика. Бедная докторша, царствие ей небесное, каждый раз не могла насмотреться на ребенка. Когда я видела ее в последний раз, я спросила о родителях Петра. Она ответила, что они все еще не могут повенчаться, но как только будет их свадьба, они возьмут ребенка к себе. Но это обещание они не исполнили до сего дня.
Осенью докторша внезапно скончалась. Когда я пришла за платой, деньги выплатил ее муж. Тут же он мне сказал, что мой адрес он послал матери ребенка и что впредь она сама будет их мне высылать. Несколько раз, действительно, я получала деньги по почте, а иногда и одежку для малютки. Раз госпожа мне написала, что вскоре возьмет малютку к себе.
Однако от проницательного взгляда Крачинской не скрылось, что по мере ее рассказа гость бледнел все больше и больше.
— Вы меня нисколько не задержали, — ответил тот. поднимаясь с места. — Но не можете ли вы мне показать письмо матери Петра, если оно у вас еще сохранилось? И не осталось ли кое-что из вещей, которые она присылала ему?
— Да, письмо и некоторые вещи у меня еще сохранились. Одежка оказалась мала для Петра, и он не смог ее носить. Я ее спрятала, думая, что по ней мать когда- нибудь узнает своего сына.
Крачинская пошла искать в сундуке письмо и одежду и вскоре вернулась с узелком в руках,
— Вот они!
Гость перебирал вещи, руки его при этом тряслись от волнения. Начав читать письмо, написанное красивым женским почерком, инженер не мог более справиться с охватившими его чувствами. Он поспешно опустился на стул, руки его дрожали.
Крачинская снова убрала вещи в сундук.
— Не знаю, зачем я еще храню эти вещи. Мать Петра, конечно, больше никогда не придет за сыном. — промолвила она.
— Нет, не придет! — вырвалось из уст гостя. — Она уже давно умерла. Она скончалась в тот же год, когда написано было это письмо.
— Что вы говорите, ваша милость?! — воскликнула Крачинская, всплеснув руками. — Вы ее знали?
- Да!
— Не сердитесь, барин, если я осмелюсь у вас спросить еще об одном. Значит, вы знали и отца Петра?
Гость только молча кивнул головой в знак согласия.
— Жив ли он еще?
— Да, он жив...
Оба замолчали, в комнате воцарилась тишина. У Крачинской не хватило смелости продолжать расспросы. Вдруг ее собеседник встал, говоря:
— До сих пор отец Петра был лишен возможности заботиться о своем сыне. После смерти доктора и матери ребенка он потерял все его следы. Теперь же. когда я встретил вас, я исполню свой долг...
Незнакомец вынул кошелек.
— Я хочу с вами сейчас же рассчитаться.
При этом он выложил перед Крачинской три чека на весьма крупную сумму.
— Пока возьмите себе это. а затем каждые полгода на почте в М. вас будет ожидать денежный перевод. Теперь вы будете обеспечены до самой смерти.
— Но, ваша милость, зачем вы мне даете так много? Вы слишком добры, барин! Будет ли отцу Петра приятно узнать об этом?
— Я знаю, что это не будет ему неприятно. Прошу вас, только никому не рассказывать об этом, особенно, пока я здесь. Но вы правы: я устал и пойду прилягу.
Пораженная всем происшедшим. Крачинская еще долго не могла заняться своими хозяйственными делами. Все случившееся в этот день ей казалось несбыточным сном. ..Кто бы мог подумать, что я так хорошо буду обеспечена в старости? И не странно ли. что сам Петр привел в дом человека, знавшего его родителей? Итак, мать его умерла... поэтому она и не могла приехать за сыном. Значит, винить ее нельзя. Но как же. — продолжала она свои размышления. — я объясню Петру, откуда у меня столько денег? Он так негодует на своих родителей, что и слышать о них не хочет. Может быть, он и не принял бы этих денег? А как они могут пригодиться нам при перестройке дома!"
