Посмотрев на малышку, Эван заметила, что она улыбается так же весело, как и ее сын.
— Ты можешь в нем жить, если захочешь, — предложила Дженни, с восхищением глядя на своего героя.
— Спасибо. Ты береги его, а я буду приходить к тебе с визитом. Хорошо?
— Завтра?
— Да, завтра. Мам, я... — Кэл умолк и с беспокойством посмотрел на Мод.
— Голоден, как я понимаю, — улыбнулась та. Боже мой, уже шесть часов. Хочешь мне помочь?
— Конечно, миссис Кейн. Что я могу сделать?
— Для начала можете называть меня по имени, мистер Кэлвин Норт, а затем можешь принести мне большой кусок мяса из холодильника.
— Сейчас.
— Не надо, Кэл, мы пойдем обедать в ресторан. Мод слишком устала за день. Предлагаю китайскую кухню.
— Папочка, я хочу пиццу, — взвизгнула Дженни, услышав голос отца.
От его улыбки, адресованной дочери, у Эван замерло сердце. Линк протянул руки, и девочка бросилась к нему.
— Если ты хочешь пиццу, дорогая, значит, будет пицца, — сказал он, подбрасывая ее в воздух.
Домой они вернулись через три часа. Эван потрясенная, Мод измученная, Кэл недовольный. Только отец и дочь, казалось, чувствовали себя нормально.
— Пора отдыхать, — произнесла Мод. — Идем, Дженни.
— Не хочу, — запротестовала девочка, прижимаясь к отцу. — Я не устала.
— Конечно, устала, дорогая. Уже одиннадцатый час, — Линк опустил дочь на пол.
Мод взяла ее за руку и повела к лестнице, бросив на Эван перед уходом довольно странный взгляд. Та, в свою очередь, посмотрела на Линка и с удивлением обнаружила, что он внимательно глядит на нее.
— Благодарю за приятный вечер, — сказала она.
— Без всяких комментариев?
— Комментариев? По какому поводу?
— По поводу того, как я воспитываю своего ребенка.
— Она ваша дочь. Раз вы считаете нужным исполнять любое ее желание, то это ваше личное дело.
Ответ явно не удовлетворил его.
— То есть я порчу девочку, — рассердился он. — Значит, вы думаете, что Дженни избалована и капризна?
Эван молча уставилась на новый ковер. Проблемы воспитания. Если она начнет критиковать его методы, это может стоить ей дома.
— Я устала. Нельзя ли перенести дискуссию на более удобное время?
— Нет. Вы не любите Дженни, поэтому нам лучше поговорить сейчас.
— Не люблю... — От изумления Эван даже поперхнулась. — Дженни красивая, смышленая девочка. Речь идет не о любви.
— А о чем?
Видимо, разговора избежать не удастся.
— Речь идет о... гм... о философии воспитания детей.
«Молодец, самое подходящее определение», — похвалила себя Эван.
— Глупости! Подобное замечание ни к чему вас не обязывает. Я же хочу знать, как вы относитесь к Дженни.
— Я уже сказала. Она мне нравится.
— Предположим. И?
Значит, этого ему тоже недостаточно.
— Хорошо. Меня потрясло, когда вы разрешили ей перелезть через спинку дивана в чужую кабинку.
— Она непоседа и любит такие штуки.
— Вы заказали ей целых три блюда, хотя одного, которое она выбрала сама, вполне бы...
— Дженни еще маленькая и не способна делать правильный выбор.
— Вы позволили ей криком выражать свое недовольство и мешать другим посетителям ресторана. Кстати, девочке не следует есть ананасы. И... — Эван умолкла. Не слишком ли далеко она зашла?
— И? — требовательно повторил Линк.
Видимо, нет. Собравшись с духом, она твердо выдержала его взгляд:
— И сегодня я не заметила даже намека на хорошее воспитание. Она... хитрит. И, как любой ребенок, прекрасно знает, что папочка всегда за нее заступится.
— Она смелая и...
— Дженни непоседа, маленькая, смелая. Пусть так, но она всего лишь четырехлетняя девочка, а вы уже взрослый человек, Линк. Если вы позволяете ребенку давить на себя, это ваше личное дело. Я придерживаюсь другого мнения: ей нужна твердая рука.
— То же самое говорила ее мать, — резко произнес он. — Когда била, гоняя по комнате.
— Вы хотите сказать, что она плохо обращалась с дочерью? — Эван не верила своим ушам.
Линк вышел на балкон и, опершись руками на перила, опустил голову.
— Тот случай был первым и последним. К счастью для Дженни, мать не слишком часто уделяла ей внимание. Майра предпочитала веселую жизнь общению с дочерью. — Он взглянул на стоящую рядом Эван. — Самое смешное, что именно я настаивал, чтобы Майра осталась, думал, так будет лучше для Джен. И ошибся: Майра просто не создана для материнства. В тот день, когда она ударила Дженни, мы расстались. Солидный чек урегулировал наши отношения. Это произошло два года назад.
— Мне очень жаль, — тихо произнесла Эван, не зная, что сказать.
— И напрасно. Решение было правильным, хотя несколько запоздалым. Я жду не вашего сочувствия, я хочу понимания... ради Дженни. Больше всего ей нужны любовь и доброта, а не твердая рука. Я выразился достаточно ясно?
— Вполне. Но...
— Но вы со мной не согласны? — нахмурился Линк.
— Дело не в моем согласии или несогласии. Я воспитываю Кэла по-своему, у вас иные методы воспитания Дженни, вряд ли мне стоит вмешиваться.
— Хорошо. Я рад, что вы меня поняли.
