На этот раз задаёт темп Лёд, начиная медленно. Мои ноги громко стучат по земле позади него, но по мере того, как небо начинает светлеть, мои бегущие шаги скользят по холодной, твёрдой земле, а сердце начинает бешено биться в груди. Вскоре я узнаю главный проход между Первым и Шестым Секторами и ускоряюсь, чтобы бежать рядом со Льдом. Жители Внешних Колец разбегаются с нашего пути, распознав серьёзность на наших лицах. Они, должно быть, недоумевают, почему Мороз мчится через Кольца с компанией из членов казарм, людей Короля и Солати. Когда мы мчимся по менее населённому Среднему Кольцу, я ускоряю шаг. Неужели Элита уже прошла здесь? Пробрались ли они сюда ночью? Как они это сделали? Украли ли они одежду и выдали себя за Брум?
Я веду за собой остальных, покидая главную дорогу только для того, чтобы свернуть на случайный короткий путь, который я успела найти за время своего пребывания здесь. Я стискиваю зубы и сильнее толкаю ноги, чувство усталости исчезло. Мною движет чистая решимость.
Я буду там вовремя.
Я оглядываюсь и вижу Осколка и Оландона по обе стороны от себя, а остальные — в сотне шагов или больше. Я останавливаюсь на краю жилищ ассамблеи, чтобы подождать их, шагающих неровной шеренгой.
Когда я продолжаю движение, меня за руку хватает Малир.
— Сначала план, — он ловит ртом воздух.
Я прищуриваюсь, глядя на него. Гадаю, сказал ли Джован Малиру, что планирование — не мой конёк. Возможно, все знают, что я предпочитаю делать, а потом смотреть на последствия.
— Нам нужно попасть в замок, — говорит Осколок.
Ну, очевидно. Я едва сдерживаюсь, чтобы не закатить глаза.
— Поскольку их численность ограничена, сомневаюсь, что они оставят стражу, — предполагает Оландон. — Они будут искать и подавлять.
— Нам нужно больше информации, — говорит Осколок.
— Войти, собрать информацию, — огрызаюсь я. — Понятно.
Я поворачиваюсь на пятках и ухожу, не дожидаясь, чтобы проверить за мной ли остальные.
Мои ноги скользят в сторону замка по мощёной дорожке. Что, если я ошибаюсь? Что, если я оставила Джована в одиночку сражаться с армией моей матери? Сначала на Брум обрушится дождь стрел, затем две армии столкнутся, и начнётся настоящее кровопролитие. Сколько сотен людей погибнет? Что, если я неправильно оценила стратегию дяди Кассия? Моё сердце заколотилось в груди от всех этих опасений. Мои колени подгибаются. Смогу ли я вынести жизнь, если Джован умрёт?
Я смутно различаю дом Санджея и Фионы. Фионы там нет. Все беспомощные члены ассамблеи находятся в замке. Я издаю громкий стон, вспоминая, что моя подруга беременна. Этот звук привлекает обеспокоенный взгляд Вьюги слева от меня. Бедный Санджей, наверное, сходит с ума.
Пока мы приближаемся к замковой решётке, мои глаза оценивают окружающую обстановку. Ничего необычного, кроме того, что ворота открыты, хотя должны быть закрыты. Где все тела?
— Брат, — спрашиваю я, доверяя его зрению, хотя моя вуаль снята.
— Путь чист, — отвечает он, ничуть не запыхавшись.
Я продвигаюсь вперёд, сохраняя ровный темп, замедляясь лишь по мере того, как поднимаюсь по гигантской лестнице к входу.
Одна из тяжёлых дверей приоткрыта.
— Что насчёт псарни? — шепчет Вьюга, предлагая альтернативный маршрут.
Малир жестом указывает Льду и Рону, которые отходят в сторону, чтобы проверить этот путь.
Через пару минут они приседают рядом со мной. Каура и Лео рысью бегут за ними.
Каура оставляет Рона и садится рядом со мной. Я рассеянно глажу её, нетерпеливо поглядывая на двух мужчин.
— Дверь псарни открыта, но двери на второй этаж и в главный коридор заблокированы. Должно быть, они поставили что-то с другой стороны, — отрывисто сообщает Рон, глядя на Лео.
Я прислоняюсь спиной к камню замка и наклоняюсь вперёд, чтобы заглянуть сквозь вход. Я подаю сигнал Льду, и он бросается в полумрак коридора. Остальные быстро следуют его примеру, а Малир движется сзади.
Замок устрашающе тих.
— Что-то не так, — говорит Санджей, повторяя мои мысли.
Не слышно писка детей, не слышно смеха женщин. Нет ни лязга, ни криков, ни звона разбитых тарелок и бокалов. Нет ни единого звука, к которому я привыкла за последние полперемены.
— В обеденный зал? — спрашиваю я Оландона.
Он это обдумывает.
— Или туда, или на тренировочный двор.
— В обеденном зале только один вход, — шепчу я. — Легче охранять и защищать, чем двор.
Рядом с тронным столом есть зал заседаний, но он не связан с остальной частью замка. Насколько я знаю, не связан.
Мы движемся шагом к сердцу замка, каждый мужчина в группе напряжён и готов к битве. Я вздрагиваю от скрипа ногтей Кауры по камню. Тяжёлые шаги Санджея звучат как падающие кирпичи. Но я прощаю его рассеянность, видя, как напряжены его глаза.
В поле зрения вырисовывается арочный проход. Без охраны. Пятеро дозорных лежат без движения, их позы неестественны и согнуты. Зияющие раны подтверждают их смерть. Малир быстро осматривает их на предмет признаков жизни. Командир смотрит прямо на меня, серьёзно покачивая головой.
Я осматриваю пространство в поисках других тел. По моим подсчётам, здесь должен быть ещё пятьдесят один человек.
