Мечты о пламени полностью

Он поворачивается, и мы с ужасом смотрим друг на друга.

— Топор? — шепчет он.

Я качаю головой и прикрываю рот.

У нас нет времени на возвращение за инструментом.

— Может быть, мы сможем догнать следующую группу и взять у них что-нибудь, — предлагаю я.

Хамиш качает головой.

— Недостаточно времени. Чёрт! — шипит он. — Как я мог их забыть? Они были прямо рядом с нами в сумке, — говорит он более громким голосом.

Я прикрываю его рот рукой.

— Знаю, я их там видела. Мы оба облажались. Но мы что-нибудь придумаем, — говорю я.

— Я принёс вам пилу и топор, — раздаётся голос из темноты.

Я сдерживаю крик и поворачиваюсь на голос.

— Кто там? — требовательно спрашивает Хамиш.

Я приседаю, оглядывая остальную часть площадки в поисках признаков засады. Из-за камня выходит мальчишка. Я выпрямляюсь и хмуро смотрю на юношу.

— Джимми, что ты тут делаешь? — восклицаю я.

Его мать убьёт меня.

— Н-ну, я увидел, что лежат ваши инструменты, и подумал, что они могут вам пригодиться, — заикается он.

Я хмуро смотрю на него.

— Ты хочешь сказать, что взял их, чтобы у тебя был повод последовать за нами.

Неудивительно, что я думала, что они у Хамиша, а он думал, что они у меня. Этот сопляк стащил их перед нашим отбытием.

— Это не игра, Джимми! — яростно шепчу я. — А если бы с тобой что-то случилось, и мы не знали бы, где ты, или не смогли бы уничтожить тропу?

Джимми смотрит вниз на свои сшитые ботинки. Хамиш молчит позади меня. Я бросаю на него взгляд и вижу, что он почти чувствует облегчение. Я хмурюсь на него, пока он не понимает намека и не пытается сделать угрюмое выражение лица. У него получается то же самое полураздражённое выражение, с каким он смотрел на меня на Тренировочной скале.

Я беру инструменты у Джимми и передаю их Хамишу, который спешит начать работу с первой опорой.

Я со вздохом поворачиваюсь к мальчику.

— Теперь тебе придётся быть с нами. Я не могу отправить тебя обратно одного. Джимми, я понимаю, что в прошлом я просила тебя не слушаться маму и Адокса, и это было очень неправильно с моей стороны, — говорю я.

Джимми поднимает голову, глаза расширены.

— Придёт время, и ты найдёшь свои приключения. Оно наступит раньше, чем ты думаешь. Но какой смысл в этих приключениях, если люди дома не доверяют тебе и не могут на тебя положиться? — спрашиваю я, чувствуя себя немного лицемерной.

— Полагаю, что не много, — бормочет он.

— Нет, совсем не много. К тому же, кажется, что Адокс близок к тому, чтобы забрать твой Флаер. Лучше летать там, где положено, чем вообще не летать, — говорю я.

Всё его тело сводит судорогой от моих слов, а глаза распахнуты в недоумении. Он качает головой в ужасе от того будущего, которое я перед ним нарисовала. Не знаю, почему Адокс не сделал этого раньше. Этот мальчик сводит меня с ума, а я знаю его всего несколько месяцев.

Чтобы перерезать все веревки требуется время. Тропа была сделана добросовестно, а нам приходится работать медленно, чтобы не разносился звук. Хамиш срезает последние нити, когда я присоединяюсь к нему. Я пристегиваюсь к Флаеру и направляю вес моста вниз, чтобы он не врезался в другой остров. Мост всё равно издаёт лёгкий грохот при соприкосновении с камнем. Мы втроём замираем в ожидании любого признака тревоги.

Вскоре мы срезаем другую сторону и перетаскиваем мост наверх. Завтра солдаты доберутся до этого острова и не смогут перебраться на второй без траты ресурсов и времени. Вдвоём мы перетаскиваем груду веревок и дерева на изолированный остров, пока Джимми наблюдает за нами с напряжённым вниманием. Солати никогда не найдут опору, но если мост будет близко, то легче будет починить тропу, когда армия вернётся в Осолис.

Наверное, сейчас где-то раннее утро. Может быть, два или три часа утра. В темноте трудно определить, но нам понадобилось несколько часов, чтобы долететь сюда и разобраться со своей первой целью. Вторая опора находится в двух островах от нас. И из-за зигзагообразной и восходящей и нисходящей природы тропы, опора снова ближе к армии Солати, но ниже их текущей позиции. Интересно, сколько моих людей спит на различных плоских поверхностях и в пещерах по всей Оскале?

Мы приземляемся на острове позади нашей следующей цели.

— Мне это не нравится, — заключаю я со сжатыми губами. — Если мы приземлимся на вершину, то любой, кто посмотрит вниз с острова над нами, увидит нас.

Эта опора предназначена для того, чтобы помочь взобраться на отвесную скалу. Здесь нет никаких опор для ног, поэтому без веревки, которая сейчас свисает вниз по склону, спуститься будет практически невозможно. Она похожа на ту, на которой я спасла Соула, когда он поскользнулся. Только удача и своевременность спасли делегата. Я бросилась через край с верёвкой в руках, чтобы поймать его, заработав себе вывих плеча и перелом запястья. Хотя, я пришла к выводу, что боль того стоила, потому что это был переломный момент в моей дружбе с делегатами.

— Мы должны избавиться от неё, — говорит Хамиш, оглядывая небо. — Там никого нет.

— Часовые Солати специально отбираются и хорошо обучены, — я качаю головой. — Мы не можем подняться туда вдвоём, — решаю я.