— Я поняла, как только ты сказала свой возраст. Люди с нашим ростом на Гласиуме, это всегда метисы. Хотя женщины, которые приходят из Осолиса, говорят, что наш рост там считается нормальным.
Я задерживаю дыхание. Она не знает, кто я на самом деле.
Я поднимаю и кладу свою дрожащую руку в её, пытаясь осознать всё это, пока она тянет меня на ноги. Интересно, на каком этапе мой разум просто перегрузится. Тайная деревня? Как долго она существовала под носом у Осолиса и Гласиума? Жильё, мимо которого мы прошли, не новое. Я видела даже домашний скот. Сколько здесь людей? Изгнанных из наших миров из-за смешанной крови.
Кристал оставляет меня за пределами убежища. При ближайшем рассмотрении я вижу, что жилище построено из толстого материала. Оборудование для приготовления пищи установлено в защищенном от ветра месте. Я рада, что взяла с собой более тёплую одежду. Хотя понимаю, что температура здесь, вероятно, всегда остаётся одинаковой. Ире не могут совершать переходы, как мы. Это странная концепция, которую нужно понять. Этим людям не приходится никуда перемещаться. Из палатки доносится шепот спора.
Материал над входом откидывается в сторону, и оттуда выходит высокий мужчина, ссутулив плечи. У него светлые волосы с рыжеватым отливом и бледно-голубые глаза, как у Кристал. Должно быть, это её отец. Он смотрит на меня, и я смотрю в ответ. Его дочь выходит и берёт его за предплечье.
— Папочка, это моя подруга. Она спасла мою жизнь. Это способ вернуть мой долг, — говорит Кристал.
Её отец дёргается от таких слов.
Мужчина смотрит на неё сверху вниз.
— Может быть и так, птичка моя. Но Адокс не позволит ей тут остаться, — говорит он. — Ты знаешь, как он строг.
Его предложение имеет большую нагрузку. Я так понимаю, что людям, которых не приняли, тоже не разрешают уходить. Я неловко дёргаюсь в сторону, когда её улыбка спадает. Надеюсь, у Кристал не будет неприятностей из-за этого.
Почему это не могла быть просто какая-нибудь гора?
Я наблюдаю, как лицо Кристал теряет свою неуверенность.
— Что ж, мне придётся просто убедить его. Он всегда мне симпатизировал, — говорит она торжественным тоном.
Её отец издает прерывистый вздох.
— Он должен любить тебя, чтобы такое разрешить. Но что сделано, то сделано. Он ещё пока не проснулся. Посиди здесь и поешь перед уходом.
— Но что бы ни случилось дальше, для меня большая честь встретиться с человеком, который спас жизнь моей дочери. Я Крис.
Я пожимаю его руку.
— Меня зовут Уиллоу, — говорю я, отпуская его руку.
Я не хочу, чтобы кто-то здесь связывал меня с Мороз, и уж точно не с Олиной. Кристал бросает на меня взгляд, но ничего не говорит. Мы сидим вокруг костра, когда выходит мать Кристал, Иша, и представляется. Она больше похожа на Солати. Выражение её лица безучастно, и я не могу сказать, что она думает о моём присутствии здесь, а это уже о чём-то говорит. Иша помогает Крису разжечь огонь и приготовить еду. Я жую сухую, незнакомую пищу, думая о грушах, которые мне так и не удалось поесть в замке.
Я оглядываюсь по сторонам с растущим беспокойством, начиная понимать, что попасть сюда было не так просто, как я думала. Я неправильно её поняла. Кристал привезла меня сюда жить — навсегда. Я издаю стон и роняю свою пульсирующую голову на руки. Я подавляю слёзы и качаю головой в ответ на вопросительный взгляд Кристал. Иша бросает в мою сторону материнский взгляд, от которого я чуть не трещу по швам.
Я беспокоюсь о том, что случилось с Алзоной, после того как мы ушли. Держу пари, Джован велел бы своим стражникам перевернуть барак вверх дном. Она будет в бешенстве. Кристал на удивление не переживает по этому поводу. Сказав что-то вроде:
— Это пойдёт ей на пользу, пусть она окажется на моём месте.
Я не знала, что между ними происходит, но надеюсь, это не продлится долго. Кристал не решает проблему, избегая Алзону. Я игнорирую тот факт, что, по сути, делаю то же самое с Джованом.
Почему я пошла на такой шаг? Почему я сбежала? Помимо вопроса секса, поддержание хороших отношений с Джованом имело первостепенное значение для мирного будущего наших миров. Наконец-то мы поговорили как равные. В моём животе разгорается тёплое чувство, которое быстро сменяется ледяной тревогой. Тёплое чувство — это именно то, чего я боюсь. Неужели так чувствовала себя моя мать после того, как переспала со своим Брумой, моим отцом? На краткий миг я чувствую какое-то странное родство с ней.
Крис присоединяется к нам, и мы летим на скалистый остров в нескольких минутах пути.
Мы приземляемся на переполненную скалу. По крайней мере, на этот раз я не падаю лицом вниз. Все люди затихают, видя, что я незнакомка. Я слышу, как вокруг шепчут слово «метис». Странно, что эта толпа мгновенно узнаёт меня, когда моей матери так долго удавалось обманывать целых два мира. Я всё ещё не знаю, следует ли мне пугаться или нет. Но их пристальные взгляды практически заставляют меня смеяться. Есть ли хоть один мир, куда я могу пойти, чтобы люди не глазели на меня по той или иной причине?
