Люсия пожелала ему спокойной ночи и вернулась в комнату матери, где просидела у ее кровати всю ночь и даже задремала. Ей показалось, что матери стало легче дышать, да и кашляла она не так сильно.
«Не исключено, что лекарство все же окажет нужное действие», — подумала девушка.
Часы в холле пробили половину шестого. Вскоре проснутся слуги и начнется обычная суета. Потянувшись, она вновь взглянула на мать.
— Ей стало лучше, — прошептала она и поднялась на ноги, чтобы звонком вызвать миссис Дарроуби.
При этом у нее совершенно вылетело из головы, что сегодня к ним пожалует с визитом Эдвард, дабы получить от нее ответ на его предложение руки и сердца.
Глаза у Люсии уже слипались, когда появилась миссис Дарроуби.
— Теперь я позабочусь о ней, мисс. А то вы выглядите так, словно спите на ходу.
— Вы не забудете передать Мэри-Энн, чтобы она разбудила меня ко второму завтраку? — спросила Люсия, прикрыв зевок ладошкой.
Не успела голова ее коснуться подушки, как она провалилась в глубокий сон.
Но, когда спустя несколько часов Мэри-Энн разбудила ее, девушке показалось, что она едва смежила веки.
— Что, уже пора обедать? — сонным голосом поинтересовалась она.
— В общем, нет, мисс… — запинаясь, проговорила Мэри-Энн.
— Тогда зачем же, ради всего святого, вы меня разбудили?
Люсию охватило раздражение. Она всю ночь просидела у постели матери и теперь чувствовала себя совершенно разбитой.
— Внизу вас ожидает мистер де Редклифф. Я сказала ему, что вы спите, но он был ужасно настойчив. Он ничего не пожелал слушать и заявил, что вы ждете его. Он очень сильно рассердился на меня, честное слово.
Только сейчас Люсия вспомнила данное ему обещание.
— Он прав — у нас с ним действительно назначена встреча. Я совсем забыла об этом. Пожалуйста, сойдите вниз и попросите его немного подождать, хорошо? Я скоро спущусь.
Мэри-Энн положила на кровать стопку свежевыглаженного нижнего белья и быстро вышла из комнаты.
«О боже! Жаль, что у меня не достало присутствия духа позвонить ему вчера вечером в Гринсайдз, чтобы перенести его визит, — подумала она. — Сейчас у меня просто нет сил на объяснения».
Была всего лишь половина двенадцатого, и Люсия втайне надеялась, что сумеет избавиться от него до обеда.
Десять минут спустя она вошла в гостиную. Ей показалось, что и Эдвард выглядит бледным и осунувшимся, и мельком подумала, а не провел ли и он бессонную ночь.
— Люсия! — вскричал он и бросился к ней навстречу.
Она позволила ему поцеловать себе руку, после чего быстро отняла ее.
— Не хотите ли выпить чаю? Право же, я приношу свои извинения за то, что заставила вас ждать. Мама по-прежнему чувствует себя очень плохо.
— Значит, ей не стало лучше? — осведомился он.
— Нет. Вчера вечером нам пришлось вызвать к ней доктора Мейбери, и положение остается крайне серьезным.
— О, мне очень жаль, и теперь, я полагаю, вы откажетесь отправиться со мной на верховую прогулку нынче утром? Впрочем, уже и так поздно.
— Вы ведь не очень сильно расстроитесь, Эдвард? — сказала она, обращая на него взгляд своих печальных серых глаз. — Я не чувствую в себе сил, чтобы гоняться сегодня по полям за зайцами, поскольку всю минувшую ночь я провела у постели мамы и не сомкнула глаз.
— Разве у вас нет слуг, которые могли бы взять на себя эту обязанность? — с искренним недоумением осведомился Эдвард.
— Я сама так захотела, — негромко отозвалась Люсия. — Кроме того, я не виделась с ней целую неделю, поскольку провела ее в Лонгфилд-маноре.
Эдвард сделал глубокий вдох, и Люсия поморщилась. Она угадала, что он скажет, еще до того, как слова слетели с его губ.
— Люсия, надеюсь, у вас было время, чтобы обдумать мое предложение? — отрывисто спросил он.
Она опустила глаза и сцепила руки.
— Эдвард, боюсь, что я не могу думать о замужестве, пока мама так серьезно больна. Это было бы неправильно. Доктор Мейбери полагает…
Она с трудом проглотила комок в горле, боясь, что не выдержит и расплачется.
— Он полагает, что она может и не поправиться.
Эдвард мрачно кивнул, сжав губы и не давая себе труда скрыть разочарование.
— Разумеется, — проговорил он наконец. — Вы не должны и дальше думать о том, что я сказал вам. Мы поговорим об этом, когда наступит более подходящее время. Но должен предупредить вас, что я не из тех, кто легко отступает.
Он с решительным видом приподнялся с места, и Люсия испугалась, что оскорбила его.
— Эдвард, Мостон еще не подал нам чай.
— В этом нет нужды, — ответствовал Эдвард. — Я вижу, что вы сейчас чрезвычайно заняты.
Он выпрямился во весь рост и широким шагом вышел в холл, где потребовал у изумленного Мостона шляпу.
— Вы уже уходите, сэр? — осведомился дворецкий, отставляя в сторону поднос с чаем.
Эдвард обернулся к Люсии, коротко кивнул на прощание и был таков.
После того как он ушел, Люсия попросила Мостона отнести чай в гостиную.
— Не пропадать же добру! — пробормотала она, пытаясь улыбнуться.
