Разве не говорила ее мать, что от дурной головы и ногам покоя нет?
Люсия надеялась, что Гринсайдз и дом в Мэйфэйре не оставят ей времени для душевных терзаний из-за лорда Уинтертона.
Эдвард уже заявил ей, что хочет отремонтировать и обновить интерьер поместья Гринсайдз и что, учитывая ее тонкий вкус и способность подмечать малейшие детали, он предпочел бы, чтобы она лично наблюдала за ходом работ.
Кроме того, будут ведь еще и неизбежные вечеринки и приемы, которые им придется устраивать, как только они вернутся из свадебного путешествия.
— Добрый день, мисс Маунтфорд, — раздался позади нее спокойный голос.
— Добрый день, Джепсон. Есть ли какие-либо известия от лорда Уинтертона?
— Мы по-прежнему не знаем, когда его ожидать, — ответил дворецкий, опуская глаза.
Шестое чувство подсказало ей, что Джепсон что-то утаивает. Разве не разумно было предположить, что самый доверенный слуга лорда Уинтертона посвящен в планы своего хозяина?
«Он что-то знает», — заключила Люсия.
— Я удивлена, что леди Шелли более не появляется в Лонгфилд-маноре, — пустила она пробный шар, надеясь выудить у него хоть что-нибудь.
— Безусловно, — тактично отозвался Джепсон, выходя из комнаты.
«Проклятье! — выругалась она про себя. — Он настолько предан лорду Уинтертону, что с моей стороны было глупо рассчитывать на то, что дворецкий сообщит мне что-либо».
Испытывая неизъяснимую печаль, она заперла ящики письменного стола и накрыла пишущую машинку чехлом.
— Я вернусь в пятницу, — сказала она Джепсону. — Есть еще несколько вопросов, требующих моего внимания, после чего мне незачем будет приезжать сюда вновь.
— Полагаю, ваша свадьба состоится уже в ближайшее время, мисс?
— Да, через три недели, — ответила она, надевая шляпку и перчатки для вождения.
Сегодня она приехала на новом авто.
Это был подарок Эдварда, который предпочел бы купить ей лошадь, но она настояла на новом автомобиле.
— В таком случае я могу пожелать вам всего наилучшего. Мне будет жаль, что я более не увижу вас в Лонгфилд-маноре, как и его милости, в чем я уверен.
Услышав это, Люсия уже готова была вновь забросать его вопросами, но решила ограничиться дежурной улыбкой и взяла свою сумочку со стола.
Проводив ее взглядом, Джепсон подошел к телефону в кабинете.
Сняв трубку, он стал ждать ответа телефонистки.
— Добрый день. Соедините меня, пожалуйста, с клубом «Атенеум»… Алло, клуб «Атенеум»? Говорит мистер Джепсон, дворецкий лорда Уинтертона. Я хочу оставить для него срочное сообщение.
Наконец наступила пятница, и последнее, чего хотела Люсия, — это возвращаться в Лонгфилд-манор.
На протяжении всей недели она непрестанно бранила и корила себя, изо всех сил стараясь избавиться от мыслей о лорде Уинтертоне и напрочь позабыть о нем.
У нее даже состоялся очень приятный ужин с Эдвардом, во время которого она почти поверила, что влюблена в него. Он проследил, чтобы его повар приготовил ее любимые блюда, присовокупив к ним шампанское во льду.
После этого он прочитал ей поэму, которую сочинил сам, чем буквально покорил ее сердце.
И вот теперь, едва ли не против воли, она оказалась в «роллс-ройсе», за рулем которого сидел Бриггс.
— Вы не могли бы подождать меня? — обратилась она к нему. — Это не займет много времени. Я не намерена задерживаться дольше чем на несколько часов.
— Можете не спешить, мисс Маунтфорд. Мне будет не хватать наших маленьких приятных поездок, когда вы выйдете замуж и уедете, а еще я буду скучать о том великолепном чае, которым меня угощали в Лонгфилд-маноре.
Люсия улыбнулась про себя.
Когда авто подкатило к парадному входу, она окинула прощальным взглядом фасад эпохи короля Якова[26], обратив внимание, что розы уже начали распускаться и их светлые лепестки отчетливо выделялись на темном кирпиче здания.
— Надо спросить у Джепсона, не разрешит ли он мне взять несколько цветков с собой, — пробормотала она.
Быстрым шагом войдя внутрь, Люсия сняла шляпку и перчатки. В холле было прохладно, и она заметила, что на буфете стоит огромный букет цветов.
«Какая прелесть, — подумала она. — Интересно, кто принес их — Джепсон? Ведь он знал, что сегодня мой последний день здесь. Надо будет поблагодарить его».
Она села за стол, чтобы написать последние несколько писем и еще раз проверить, все ли готово для проведения церемонии. Она знала, что Джепсон ожидает от нее, что она оставит длинный перечень для лорда Уинтертона плюс подробное расписание торжеств.
— Итак, приступим к расписанию, — прошептала Люсия, и на нее вновь нахлынула тоска оттого, что она почти покончила со своими обязанностями.
Она напечатала полный перечень всех мероприятий, сопроводив каждое точными инструкциями.
Затем она написала письма капельмейстеру, мэру и личному секретарю короля, оставив их копии для лорда Уинтертона.
— Вижу, вы ничуть не скучали по мне!
Люсия ахнула. На пороге стоял лорд Уинтертон.
Он выглядел ослепительно. Лицо его словно светилось изнутри, глаза ярко сверкали.
Он был явно рад видеть ее.
— Ричард!
