Она густо покраснела, когда с губ ее сорвалось его имя, данное ему при крещении, сообразив, что, пожалуй, не должна была обращаться к нему с подобной фамильярностью.
— Да, я вернулся, — негромко проговорил он. Подойдя к ней вплотную, он протянул руку и добавил: — Могу я присовокупить свои самые искренние поздравления по поводу вашей скорой свадьбы? Я прочел о ней, когда был в Вене, — в «Таймс».
Люсия наклонила голову, и он пожал ей руку.
— Да, я так и думала, что вы увидите объявление, — пролепетала она, пытаясь овладеть собой, — чувства переполняли ее. — Вы не сердитесь на меня?
— За то, что вы нарушили сделку, которую я заключил с вашим отчимом? Нет, я ожидал, что нечто подобное может произойти в мое отсутствие. Но я рад, что застал вас, — мы с вами должны немедленно приступить к работе. Должен ли я попросить Джепсона устроить вашего водителя со всем комфортом? Не исключено, что ему придется задержаться куда дольше, нежели вы рассчитывали.
Лорд Уинтертон изменился, но в чем заключалась эта перемена, Люсия затруднялась определить. В нем появились не свойственные ему прежде спокойствие и мягкость. Даже движения его стали медленными и плавными.
«С ним что-то произошло, но что?» — подумала она, пытаясь унять бешено бьющееся сердце.
Ей было невыносимо трудно сдерживаться, ведь он был так близко от нее, и она мечтала лишь о том, чтобы он сжал ее в объятиях.
— Ваша матушка — ей уже лучше?
— Она почти выздоровела, — ответила Люсия. — И все благодаря вашему доктору. Боюсь, что я уеду в свадебное путешествие, когда будет проходить церемония открытия, — мама сказала, что с радостью займет мое место.
— Я тоже был счастлив услышать об удаче, свалившейся на вашего отчима. Алмазные копи в Южной Африке, верно? Он поступил очень благородно, немедленно вернув мне долг, да еще с процентами. В этом не было решительно никакой необходимости.
— Мой отчим предпочитает решать все вопросы по-деловому, — обронила Люсия, старательно избегая обжигающего взгляда его ярко-синих глаз.
«Такое впечатление, будто в его тело вселился совершенно другой человек!» — решила Люсия, когда они вместе стали прорабатывать расписание.
Часом позже они закончили работу, и лорд Уинтертон встал со стула.
— Благодарю вас за все, — негромко проговорил он. — Я оставил на вас очень много работы и прошу простить меня за то, что сбежал столь неподобающим образом.
— Ничего страшного. К тому же вы забываете, что у меня в этом деле был корыстный интерес, поскольку таким образом будет увековечена и память папы.
— Полагаю, скульптор нас не подвел?
— Ничуть. Сходство просто поразительное, да и сам памятник выглядит впечатляюще.
— Что ж, я рад. Послушайте, Люсия…
— Сэр, прошу вас… — запротестовала она.
Сердце у нее билось так, что готово было выскочить из груди, когда он подошел к ней.
Он выглядел напряженным и смятенным одновременно.
— Нет, позвольте мне объясниться. Я должен извиниться перед вами, — начал он. — Я сбежал в Австрию, не сказав вам ни слова, но о том, что я там делал, я не мог рассказать ни единой живой душе, поскольку выполнял личное поручение короля. Вам наверняка известно, в чем я не сомневаюсь, что в этой части Земного шара назревают неприятности, и моя миссия носила совершенно секретный характер. Я знаю, что мое внезапное исчезновение вызвало массу пересудов, а вмешательство некоей леди, числящейся среди моих знакомых, послужило удобным прикрытием тому, что происходило на самом деле.
Люсия смотрела на него во все глаза. Слова замерли у нее на устах, а сердце преисполнилось надежды.
— Вы хотите сказать, что не были там вместе с леди Шелли… и что та заметка, которую я прочла в «Вестминстер газетт»… была фальшивкой? — запинаясь, пролепетала она.
Лорд Уинтертон испустил тяжелый вздох и придвинулся к ней еще ближе. Он стоял теперь так близко, что Люсия ощущала исходящее от него тепло. Боже, как же ей хотелось протянуть руки и коснуться его!
— Так оно и было, — ответил он, — в результате чего я прервал всякие отношения с ней. Она ошибочно решила, что я женюсь на ней, и потому обратилась в вышеупомянутую газету с этим объявлением в надежде подтолкнуть меня сделать ей предложение.
— Какое неслыханное коварство! — ахнула Люсия. — Но ведь она производила впечатление женщины, привыкшей всегда получать то, что ей нужно.
— Истинно так, но в данном случае она потерпела неудачу. Ей следовало бы знать меня лучше, прежде чем пытаться заманить в ловушку. Правда же заключается в том…
— Прошу прощения, что прерываю вас, милорд, но вас срочно требуют к телефону.
Люсия заметила, как в глазах лорда Уинтертона вспыхнуло пламя гнева. Кажется, он был весьма раздражен тем, что его прервали так некстати.
— Черт бы вас побрал, приятель, скажите им, что я перезвоню!
— Но вам телефонируют из кабинета его величества в Букингемском дворце, — стоял на своем Джепсон.
— Люсия, мне очень жаль, но нам придется продолжить разговор в другой раз. Мы обязательно продолжим его, это я вам обещаю. Пока не стало слишком поздно…
С этими словами он метнул на нее такой взгляд, что она затрепетала.
