— Я так и думал, — грустно начал Изон, — они уже давно изучили нижнюю лабораторию. Сейчас помещение в подвале уже никого не волнует. Здесь же находится та самая дверь, за которой и скрыты все секреты людей древности.
Ксения сразу обратила внимание на дверь в конце комнаты. Она была огромной, массивной, с натёртыми до блеска выпуклостями, выглядела немного пугающей. Девушка подошла ближе и сразу стала рассматривать небольшой постамент у основания двери, он вплотную прилегал к косяку и загораживал край двери, не давая открыть её механически.
— А почему дверь просто не сломали? — В мире Ксю обычно так и поступали, когда не удавалось решить проблему более цивилизованным способом.
— На всех дверях древности внутри датчики, если взломать, они сработают и уничтожат всё в радиусе пяти метров. — Мимоходом бросил Изон, уже рассматривающий дверь.
— Пять метров? Может ну эту дверь? Я не хочу, чтоб из-за какой-нибудь ошибки всех нас разорвало. — Ксения была смелой, но не безрассудной. А в вопросе взрывов вообще была довольно категорична.
— Всё будет хорошо, никакой ошибки не будет, в худшем случае, дверь просто не откроется. — Проговорил Изон, даже не соблаговолив повернуться.
— Конечно, это должно нас успокоить, ты ведь не совершаешь ошибок, да? — Колкость Данко достигла цели, спина гениального ЧИРа напряглась, а его руки замерли на мгновение.
— Я не имею права на ошибку. — Это было сказано очень тихо, поэтому расслышала фразу только Ксю, которая стояла совсем рядом.
Через мгновение Изон указал на небольшое отверстие в постаменте у двери:
— Вот, сюда нужно пожертвовать доказательство человечности. Ксения, твой выход.
И все взгляды присутствующих обратились к девушке. Пауза затянулась.
— Я не умею плакать по заказу.
Ксю и сама понимала, что ей придётся плакать, когда они сюда придут, это не было чем-то неожиданным. Но только вот лить слёзы не было желания. Один из Чиров тихо предложил довести её до слёз, за что получил увесистый подзатыльник. Высказывали разные варианты, рассуждали на тему того, о чём можно плакать. Спрашивали девушку о доме и родителях. Но никакие грустные разговоры не выдавили ни одной слезинки. У Ксю просто не было желания плакать. Она даже потёрла глаза, но выступившей от трения влаги было не достаточно.
Антон толкнул Сашу в бок и вспомнил, как в первые дни знакомства они втроём играли в «дурака», вспомнил, как валялись по полу и ржали как сумасшедшие. Вспомнил свои жульнические штучки, начал рассказывать остальным ЧИРам о том, как его связали, рассказывал о метках губной помады. Эти воспоминания вызвали у Ксении улыбку, а когда парень начал в подробностях рассказывать остальным о том вечере, она не удержалась и тоже включилась в игру. Они уже наперебой рассказывали, как валяли дурака. Саша старался не отставать, вспоминая подробности, которые были упущены остальными рассказчиками. Не обошлось без беззлобного подтрунивания друг над другом, которое переросло в гомерический хохот не только у непосредственных участников описываемых событий, но и у слушателей.
Через минуту на глаза Ксю выступили слёзы, и она смеялась, хватаясь за живот. Справа к ней подскочил Изон и напомнил, что капельки должны попасть в отверстие на постаменте. Хватило двух небольших слезинок. Едва они коснулись блестящего металла, в помещении началось движение. За дверью ожили механизмы, что-то щёлкало и гудело. Дверь медленно отодвинулась в сторону, открыв проход в темноту. ЧИРы достали приготовленные заранее фонарики и бросились внутрь. Свет фонарей выхватывал странные механизмы, рычаги, кнопки. Сурэл наткнулся на выключатель, и потайную комнату озарил мерцающий свет.
— Здесь тоже есть руны, — с фанатичным видом Изон перемещался от одного механизма к другому, — нужно всё перевести. Тут есть книга, заберём её с собой. Вот, здесь пункт управления. Эта локация похожа на искусственный портал. Управление похоже на то, которое мы используем в наших лабораториях. Я могу всё здесь заставить работать. — Он уже практически бегал и хватал всё, что попадается под руку, засовывая в сумку, когда наткнулся на отдельную комнату, дверь в которую не была закрыта.
В этой комнате находился отсек с множеством столов, колб, огромных баков с жидкостями. Спустя несколько минут Изон позвал остальных. ЧИРы вошли и почти синхронно шумно вдохнули. Это место напомнило те лаборатории, в которых они были выращены. За одним только исключением, здесь кругом были руны. Изон стоял в центре комнаты и сверлил взглядом символы, которые явно узнал.
— Что это за комната? — С едва скрываемым ужасом в голосе спросил Антон.
— Этого не может быть. — Изон опустился на колени и обхватил голову руками. — Я уже переводил такие письмена, мне давал похожий текст мой хозяин. Он был гораздо полнее, здесь будто выгравированы куски того текста.
— Что здесь написано? — К Саше вернулся дар речи.
В комнате было тихо, ЧИРы стояли, не двигаясь, Ксю зажала рот руками, боясь даже дышать, напряжение висело в воздухе, и только в центре комнаты на коленях сидел Изон и нервно заламывал руки, причитая:
