Когда-то скульптор попытался воплотить в каждой женской фигуре образ одной из советских республик. В пятидесятых годах Карело-Финская ССР вошла в состав РСФСР и республик стало пятнадцать, но фонтан перестраивать не стали и оставили шестнадцать золотых девушек. Интересно, как сложилась их судьба? Были ли они счастливы? Приходили ли когда-либо сюда посмотреть на свои увековеченные лица и фигуры? О чем думали, глядя в каменные глаза, за которыми – десятилетия их жизней? Или может, наоборот, обходили стороной и никому не рассказывали о том, что стали прототипами для героинь монумента. От чего вообще зависит это счастье? Такое эфемерное и ускользающее. Как понять, что ты уже счастлив, и не гнаться за призрачной мечтой?
Ответов у нее не было, но и вопросы не мучили. Скорее было интересно размышлять об этом в ожидании самого странного клиента. Арина снова взглянула на оказавшуюся ближе всех к ней золотую девушку и подумала, как хорошо, что их не стали сносить, как символ ушедшей эпохи, а, наоборот, реконструировали и покрыли сусальным золотом. Мысли снова вернулись к счастью, и Арина подумала о собственных словах, что когда-то она сказала Жене, о том, что жизнь действительно можно самому наполнить интересными и счастливыми моментами и самой контролировать свой эмоциональный фон. И правильно сказала, по крайней мере, им обеим это более-менее сносно удается теперь. У нее точно та жизнь, которую она для себя выбрала и которая ее полностью устраивала.
– Привет! Вот эта, с яблоком и льном – наша, белоруска, – почти сразу на ходу бросил Артур.
– Я знаю, с детства сюда хожу. Так что за срочность?
– Слушай, как можно быть такой беспечной? И Настя твоя тоже такой себе помощник. Дверь открыта, заходи кто хочет и телефон твой она, кстати, дала вообще без проблем. Вот такая клюква.
– Зачем тебе мой телефон?
– Хотел проверить, насколько сложно заполучить личный номер Арины Домбровской.
– И насколько сложно?
– Стаканчик каппучино и пару комплиментов. И все, она дала твой телефон, считай, первому встречному.
– Ну и что с того?
– Хотел убедиться, что ты разумная молодая женщина, которая заботится не только о счастье клиентов, но и о собственной безопасности. Но вышло как раз наоборот. Ты пойми, если она мне так легко продиктовала твой номер, значит и остальным может дать. А по телефону отследить человека – вообще раз плюнуть. Подозреваю, что у тебя даже в соцсетях включена функция, позволяющая находить друзей рядом. Ты видела, что тебе пишут? Ты что, не понимаешь, что кто-то объявил на тебя охоту?
– Что? – Арина вздрогнула и почувствовала, как по телу побежали мурашки.
– Арина, когда это все началось?
– Что именно?
– Вот эта история с комментариями.
– Наверное, месяц назад или около того.
– Что еще случилось в это же время?
– Не знаю, много чего.
– Давай пройдемся немного и ты вспомнишь, что произошло месяц назад, чтобы понять, что могло спровоцировать такую волну. Все, что происходит сейчас, является следствием прошлых событий и причиной будущих. Так что давай постараемся не натворить новых бед и разобраться с причинами того, что ты уже натворила в прошлом.
– Я?!
– Ну, не мне же угрожают. Хотя, – он усмехнулся, вспомнив, как раскричался и раскраснелся сопровождавший их команду Душнилин после того, как Сокол сдулся и пришел к финишу одним из последних. – Просто мне грозят увольнением, а тебе присылают картинки отрубленных голов. Чувствуешь разницу? – Ты, правда, не знаешь, почему тебе кто-то угрожает?
Арина остановилась и посмотрела Артуру в глаза:
– Я даже не знала, что мне в принципе кто-то угрожает. Думала, чья-то жестокая шутка или просто зависть и травля конкурентов.
Артур покачал головой и поджал губы:
– Невероятно. Уже даже СМИ написали, что под постами Арины Домбровской появились угрожающие анимированные картинки с отрубленными головами и текстами наподобие: “Твое время пришло”, “Готовься к судному дню”. Но сама Арина при этом спокойно гуляет и любуется осенними фонтанами без воды. Ты что, вообще бесстрашная?
– Мне тревожно, но я умею работать со своими эмоциями.
– Тебе надо не с эмоциями сейчас работать, а с милицией. Я так понимаю вопрос о том, написала ли ты заявление в милицию бессмысленен.
– В полицию. У нас – полиция. И я не написала. Я даже не знала про угрозы. Мне только утром пришло в личку сообщение с пустого профиля. Там только одна картинка и пост о жертвоприношениях на Козьих болотах.
– Где это?
– Патрики.
Он приподнял бровь и Арина поняла, что придется объяснять подробнее.
– Патриаршие пруды сейчас, а когда-то жутковатое место было и люди прозвали его Козьими болотами. Булгаков не просто так это место для романа выбрал. И как ты понимаешь, с козами это название тоже не связано.
– Я уже догадался. Я вообще догадливый, в отличие от блондинки, которая не удосужилась сходить в милицию или полицию, без разницы, и написать заявление.
