«Томительно, но не грубо свистит вентилятор в коридорчике:
я заплакал (почти): «Да вот чтобы слушать его – я хочу еще жить,
а главное – друг должен жить». Потом мысль: «Неужели он (друг) на том свете не услышит вентилятора», и жажда бессмертия так схватила меня за волосы, что я чуть не присел на пол.»
(глубокой ночью)
Василий Васильевич Розанов «Уединенное»
«Могила… знаете ли вы, что смысл ее победит целую цивилизацию.
Т. е. вот равнина… поле… ничего нет, никого нет. И этот горбик земли, под которым зарыт человек. И эти 2 слова, «зарыт человек», «человек умер», своим потрясающим смыслом, своим
великим смыслом, стонающим… преодолевает всю планету…»
Василий Васильевич Розанов «Уединенное»
«Вот идет по тротуару проститутка. Подойду к ней и разделим…
последнюю папироску. Она мне «своя» в мире: такая же бездомная, тоже без отца, без матери, также никому не нужна, также ей никто не нужен. Дам ей папироску, она закурит, я докурю. Потом пойдем к ней. И будет она мне жена на ночь. Как и мне на час работы нужен хозяин, и я говорю о всяком через час – «провались».
(за корректурой своей статьи о Страхове: место ее» о меланхолии в Европе)
Василий Васильевич Розанов «Перед Сахарной»
Р. S. На эти мысли Василия Розанова я написал еще одно стихотворение:
«Как поправить грех грехом – тема революции».
(на извозчике)
«И поправляющий грех горше поправленного».
Василий Васильевич Розанов «Перед Сахарной»
