Отгремели бои при Тарсисе, на горизонте маячит Дастан… Я - все еще я. Жизнь вроде налаживается, активно изучаю магию, пытаюсь исцелять людей. С отродьями живем душа в душу. Я попал с одной войны на другую, не успел остыть, так сказать. Но врачебный долг исполняю исправно. Придется вступить в брак, чтобы обезопасить себя на первое время, и продолжить изучение дневников Альбера. Но… чувствую мягким местом, что от меня ждут большего. Альянс не успокоится. Мы только разозлили его. Сдается мне, Тарсис был всего лишь первой ласточкой, предвещавшей бурю…
Пребывание мое в чуждом мире становится все интереснее и интереснее. После боя при крепости Тарсис и победы над кораблями Альянса, (а именно так себя называли люди в черных плащах), я схлестнулся с матушкой и сестрой своего отродья. Не самое приятное знакомство. Потом, нежданно-негаданно, получил благословение богини целительства Исидис. А также предложение руки и сердца от губернатора Дастана — Санары. Брак по расчету, если вдаваться в подробности.
Пленных отправили в Солус, на милость совета, вместе с конвоем, который привез помощь. Позволив гарнизонам Дастана и Тарсиса отдохнуть пару дней, Санара приказала восстановить два уцелевших корабля Альянса. Полтора, если быть точнее. Первый из кораблей восстановили почти полностью. С магией и навыками Норма — это раз плюнуть. Второй же, в силу невозможности починить силовую установку, было решено взять на буксир. Для того, чтобы наполнить резервуары эфирным веществом, солдатам пришлось подниматься высоко в небо. Оказывается там, над головой, есть целый эфирный океан, в котором обитают эфирные существа. Я видел пару раз какие-то силуэты, но думал, что это глюки.
Часть скорострельных орудий мы оставили в Тарсисе, часть — установили на трофейных кораблях. Одно, на всякий случай, я убрал в инвентарь. Ну и боезапас не забыл. Сей факт мы с кузнецом оставили в тайне. Через неделю все было готово к отбытию. Осталась сущая ерунда — назначить преемника. Нового наместника Тарсиса.
Я хотел назначить Тис — горничную. Ведь теперь она стала свободна. Острый ум, прилежание и вовлеченность в дела крепости делали ее лучшей кандидатурой. Но Санара наотрез отказала. Из всех предложенных кандидатур, она утвердила Сарена — начальника караула.
Переговорив с Сареном наедине, я вручил ему приказ, ключи от казны и настоящего сейфа. Потом объявил перед строем. Как бы мне ни хотелось забрать всех с собой, это оказалось невозможно. Закон суров, но это закон. Они штрафники и этим все сказано. Раздав парням по золотой монете, из тех денег, что оставил адмирал Гроер, я каждого поблагодарил за службу. За те несколько недель, что Тарсис готовился к обороне, мы стали настоящим, слаженным боевым братством.
Отчалили серым дождливым утром. Тихо, буднично. По пути, у меня случился приступ слабости и галлюцинации. Это все из-за виверны. Она тянула из меня силы. Пришлось выпустить зверюгу той же ночью. На мое счастье, неподалеку паслось целое стадо громадных лосей. Все, что не съела, кровожадная тварь притащила с собой, в каждой лапе по паре окровавленных туш. Так и отправилась обратно в инвентарь — странное место в какой-то параллельной реальности, где время замирает и законы физики, вероятно, не властны. А я получил желанное облегчение.
Едва коснувшись ногой пирса Дастана, госпожа Санара снова включила губернатора. Раздавая приказы налево и направо, она за пол дня зарядила стражу, ремесленников и вельмож всевозможными заданиями. Город действительно сильно пострадал. Нет, стены стояли, но за ними все было совсем не радужно. В тот же вечер, мы перегрузили орудия с буксируемого корабля на башни Дастана. Утром, оставив Норма и Альтурию в городе, в сопровождении Анри и его неизменной спутницы Гаи, мы отправились в родовое имение Бремеров, чтобы как можно скорее получить благословение родителей Санары.
Народу на борту судна сильно поубавилось. Осталось человек десять солдат, в качестве команды, и четверо святых рыцарей во главе с Рауфом. Тис, в качестве моей личной горничной, и шестеро слуг из крепости. Тех, кто особо отличился при госпитале, Санара разрешила взять с собой. Да, они тоже отбывали наказание за мелкие преступления, но госпожа губернатор великодушно даровала всем помилование. Ведь мне, как лекарю, проще работать с теми, кто уже прошел проверку и чему-то научился. Женщину с отрезанным языком мы оставили в Дастане, на попечении местных целителей. Ее история еще впереди. Я морально готовился к знакомству с родителями Санары и привыкал к мысли, что скоро вступлю в законный брак. Однако, как стало ясно позднее, все далеко не так просто, как кажется…
Ощупав языком разбитую губу, я открыл глаза. Лежать мордой в пол на холодном камне — удовольствие сомнительное. Прислушиваясь к окружающему фону, силился понять, где нахожусь. Последнее, что помню — как сошел с трапа корабля. Потом в глазах потемнело.
Судя по решетке на окне, откидной шконке и отхожему ведру в углу, я снова в камере. Солнечный свет заливал ее целиком, силясь придать хоть какой-то уют этому месту. Что же случилось?
На шее — тонкий стальной обруч с проушиной для цепи. На ногах — кандалы. А вот руки свободны. Губу я разбил, скорее всего здесь же, судя по свежим алым каплям на камнях. Бросили как мешок с картошкой… Ладно хоть зубы целы, да нос не сломан.
