— Роуз, доложи мне насчёт его состояния, — сказала устало Миллс, скидывая грязный халат после операции в мусорный контейнер.
Маска, так же, полетела туда, пока белокурая головка кивала. Реджина устала стоять, и всё, о чем она мечтала, это упасть на кровать, растянувшись на мягком матрасе — спина невыносимо ныла. Почему именно сегодня парень решил броситься под машину и переломать всё, что можно, Миллс не знала. Она вышла, направляясь в дежурку, где сейчас всё равно никого не было.
— Значит, мы целуемся, но не встречаемся, — раздался над ухом бархатный голос, и Миллс вздрогнула, одаривая его владельца злым взглядом. Локсли шёл рядом, улыбаясь.
— Отстань.
— Не пойми не так. Мне нравится целоваться. Я только за. Побольше поцелуев.
— Я не понимаю, о чём ты, — выдавила измученная Реджина и покачала головой. Войдя в дежурку и наткнувшись на пустые кровати, она мысленно застонала от облегчения.
Локсли зашёл следом, закрывая дверь, и резко прижал брюнетку к стене, упираясь руками по бокам от её головы. Дыхание резко сбилось, но Реджина и виду не подала, заглядывая в глаза напротив.
— А мы это повторим? Если да, надо захватить презервативы.
— Замолчи, — Локсли резко впился в её губы, их языки сплелись, начиная борьбу.
Его руки в секунду оказались на её ягодицах, сжимая мягкие полушария. Первый стон затерялся в поцелуе, тонкие пальцы зарылись в жёстких волосах, царапая кожу на затылке. Миллс резко оттолкнула его, натыкаясь на непонимание в глазах. Он был уверен – оба хотели этого. Реджина подошла к двери, прокручивая замок.
— Дверь нужно закрывать, — пояснила она, подходя ближе и соблазнительно улыбаясь, закусила губу.
Схватила за футболку и повела его к кровати. Голубые глаза в секунду потемнели, показывая всё желание обладать ею. Не видя, он упал на кровать, благодаря брюнетке, и начал наблюдать за её действиями, приподнявшись на локтях.
Реджина, ухватившись за мягкую ткань пальцами, в одно движение скинула кофту, демонстрируя манящую грудь в обрамлении белого кружева. Одно только её действие свело его с ума. Миллс перекинула ногу, оседлав его бедра, и он принялся целовать её шею, вызывая томные вздохи.
— На будущее, я люблю чёрное, — опустился губами на грудь.
— Не будет никакого будущего, — выдохнула женщина и откинула голову назад, млея от мужских ласк.
— Посмотрим, — он снова поцеловал её, обводя языком контур губ. Реджина тихо охнула.
Локсли резко уложил её на лопатки, приподнялся на локте и начал стягивать последнюю часть формы, оставляя её в одном нижнем белье. Это было нечестно, ведь он ещё был одет. Зацепившись за карие глаза, он усмехнулся и, словно прочитав мысли, скинул майку, обнажая накаченный торс; прикрыл глаза, когда женские руки провели по нему, поднимаясь к груди. Он перехватил её тонкие запястья, заводя за голову и усмехаясь, замечая недовольство. Но оно быстро пропало, стоило ему начать целовать шею, посасывая нежную кожу.
— Не смей, — зашипела Реджина и выгнулась в спине, руки сжали покрывало на кровати в мёртвой хватке.
— Поздно, — нагло усмехнулся он, дуя на покрасневшую кожу. Уже начал проявляться алеющий засос.
— Сволочь, — рыкнула брюнетка. Локсли оставил короткий поцелуй на губах и спустился к груди, отпуская её запястья.
Она выгнулась, помогая ему найти застежку, и он расстегнул её, обнажив идеальную грудь. Нагнув голову, голубоглазый стал целовать упругую плоть. Его губы сомкнулись на розовом соске, наблюдая за ней. Щеки брюнетки зарумянились, волосы раскинулись в беспорядке по подушке, а губы ловили воздух, пока глаза были прикрыты в наслаждении.
Реджина получала удовольствие от его действий. Всё, что испытывает в этот момент она, так это заметную пульсацию между ног и желание почувствовать его внутри себя, которое накрывает с головой. Обвив руками шею Локсли, она приблизила его для поцелуя. По очереди целуя губы, Реджина скользнула рукой между их разгорячёнными телами, сжимая заметный бугорок. Робин шумно вздохнул.
Большая ладонь сжала её грудь. Он снова припал губами к затвердевшему соску. Его свободная же рука скользнула ниже и опустилась на промежность, чуть надавливая. Реджина охнула, выгибаясь сильнее и проводя ноготками по сильной спине. Было невозможно терпеть его ласки, все тело будто отказывалось подчиняться своей хозяйке. Губами опустился на дрожащий животик, проводя языком вокруг пупка, и, зубами ухватившись за резинку трусиков, потянул их.
— Локсли, — последняя часть одежды мирно валялась на полу среди кучи другой. Локсли быстро снял оставшиеся вещи, наблюдая за ней. Миллс игриво закусила ноготок и стреляла глазками. Он резко схватил ее за бедра, дернув на себя, что она ахнула.
Он сжал руками ее ягодицы, немного поднимая и прижимая к мощному члену, и стал поглаживать ее клитор. Один палец он завел в ее лоно и услышал, как она застонала. Это был самый эротический звук, который он когда-либо слышал. Она была влажная и теплая там, тогда он прибавил еще один палец. И теперь он услышал крик удовольствия.
— О, Боже, — его пальцы были толстыми и так наполняли ее, что она чувствовала приближение оргазма.
