— Ну, скотина. Это я что ли пьяная оперирую? — Реджина откинула покрывало, стягивая каблук.
— Э, ты чего задумала? — вылупил глаза доктор.
— Угадай, куда я тебе это сейчас засуну? — помахала туфлей перед ним и, ехидно улыбнувшись, стала подходить.
— Я тебе так засуну, — вскочив на колени, Джонс перехватил обе ее руки и, воспользовавшись моментов, повалил на кровать, откидывая злосчастную туфлю подальше.
— Успокоилась быстро! — прикрикнул он на нее. Реджина подергалась, но, поняв, что не выберется, кинула убийственный взгляд и прекратила попытки.
— А теперь слушаю, или, клянусь, будешь ходить со шпилькой в жопе! — Джонс опустил ее руки и прилег рядом, смотря в потолок. Реджина уловила нотки алкоголя и прикрыла глаза в раздражении.
— Ты по любому говорила с ней сегодня.
— Говорила, теперь хочу послушать тебя. Видать, Шекспир не зашел ей?
— Сволочь ты, Миллс.
— Знаю. Говори давай, — повернулась на бок, подперев голову рукой.
— Что мне тебе сказать? Что я чувствую себя ужасно? Или то, что меня кинула девушка, к которой я, спустя столько лет, что-то почувствовал? Да я даже могу сказать, что люблю ее. А ей я нужен только из-за секса.
— У вас с ней что, еще не было разговоров про бывших? — вздохнув, спросила она. Киллиан медленно повернул голову в ее сторону и отрицательно покачал головой.
— Я не должна тебе это говорить… — брюнетка замялась, кусая губы, — но я же вижу, как ты на нее смотришь… Эмма сильно влюбилась в университете на первом курсе. Парень весь из себя: богатый, красивый. Ну, в общем, у них начались отношения, Эмма вся порхала, цвела от счастья. А потом выяснилось, что это был спор на нее, быстрее затащить в постель… Тот парень бросил ее сразу, а то видео разошлось по универу. Сам понимаешь, через что она прошла, пока училась, — Реджина опустила взгляд на сжавшиеся кулаки Джонса.
— И где он сейчас?
— Не знаю. Он не закончил учебу, ушел с последнего года.
— Но я ведь так не поступлю.
— Я это знаю. Она это знает, но страх никуда не денешь, — опустила свою руку на его, поглаживая.
— Но ты же смогла.
— Я - это другое. Ты что думаешь, что я Локсли сразу во все посвящу? — по его взгляду она поняла, что так он и думал, — Нет, мне нужно время.
— Тоже думала, что ты ему нужна из-за секса?
— Вначале, — честно призналась брюнетка, — а потом все поняла по глазам.
— Ну и что мне делать? Дай совет, а то вас, женщин, хрен поймешь.
Брюнетка усмехнулась.
— Просто жди. Она сама пожалела о своём решении. А теперь еще раз узнаю, что ты выпил, ты, мой хороший, навсегда забудешь о половой жизни. Понял? — показала ему кулак, и он испуганно кивнул.
— А теперь мне пора к начальству. Походу, теперь мне мозги промывать будут, — отыскав туфлю, надела.
— Что натворило наше королевское величество? — повернулся набок, наблюдая за ней.
— Самой интересно. Пока, — Киллиан махнул ей рукой и укрылся брошенным в него покрывалом. Реджина покинула дежурку, направляясь к шефу.
Брюнетка, постучав, зашла. Голд сидел за своим столом, потирая переносицу. Увидев ее, указал на стул и, дождавшись пока она сядет, заговорил.
— Долго ж ты, дорогуша. Ладно, ты все равно тут, — он открыл ящик стола, доставая стопку бумаг, и протянул нахмурившейся Реджине.
— Что это? — взяла бумаги, но, не дождавшись ответа, посмотрела на первую страницу, секунда, и ее огромные глаза смотрят на Голда. — Какой ещё на хрен указ о передаче полномочий?! — Реджина кинула бумаги на стол, ничего не понимая.
— Подпиши, — спокойно отреагировал Голд.
— С чего вдруг ты решил отдать все это мне?
— Мы с тобой разговаривали не так давно.
— Но, но… Это же так быстро. Я не понимаю, — Реджина растеряно водила глазами по нему.
Голд отклонился обратно, также достал из незакрытого ящика снимки МРТ головного мозга и молча протянул ей.
— Что это? — Реджина пробежалась глазами по знакомому снимку и вернула взгляд ему, — ну, ты же мне показывал уже. Рак головного мозга, 4 стадия, неоперабелен.
— Вверху отклей, — Реджина посмотрела на край листа и отклеила наклейку, закрывающую имя. Реджина громко всхлипнула, от неожиданности прикрыв рот рукой. На снимке находились инициалы «Роберт Голд».
— Нет, — брюнетка, не осознавая этого, повернулась к нему. — Не может быть, — отрицательно замотала головой, не чувствуя наклюнувшихся слез. — Черт, Голд, скажи, что ты мне врешь!
Она думала, что хуже новости сегодня не будет. Но как же она ошибалась, перед ней сидел ее начальник, мужчина, знакомый с ее семьей много лет, да, черт возьми, он был ей как дядя. Голд знал ее с пеленок, знал все о ней, растил и баловал, и она просто отказывалась терять его. Снимок выпал из ее рук на пол, ладони задрожали и оледенели, из груди вырвался всхлип.
— Почему не сказал раньше? Ты же чертов онколог, симптомы должен знать! — вскочила с места, опираясь руками на стол, и крича. — Почему ты, как мать, просто сдался?! Почему?!
