Кабинет лейтенанта убойного отдела не блистает роскошью. Размером он тоже похвастаться не может. Убогая конура, в которой кроме хозяина с трудом могут поместиться два посетителя. Заваленный бумагами стол с неожиданно дорогим чернильным прибором — мраморное основание, отлитые в виде античных вазонов медные чернильницы с откидывающимися крышками, две ручки из слоновой кости, а в центре — фигурка рыцаря с мечом и щитом. На щите — гравировка «Благодарю» и подпись. Прибором явно дорожат, он тщательно протёрт. На стенах — пара полок с книгами и папками и несколько почётных дипломов, выданных хозяину кабинета, лейтенанту с простецким именем Джон МакЛин.
Сейчас лейтенант желчно смотрит на своего подчинённого, детектива Ксавье Моппетта. Странная парочка. Один — сильный, грузный, седоватый здоровяк, в помятом синем костюме из недорогой ткани, с жилетом, кое-где припорошенным пеплом от дурно скрученной сигары. Другой — стройный, быстрый, с тонкими, аристократическими чертами лица, чёрными вьющимися волосами, в тройке из кашемира, сшитой на заказ. Невзирая на такие различия, в выражениях лиц собеседников было что-то общее. Не то хищный прищур глаз, не то уверенные манеры. Сейчас собеседники говорят о чём-то неприятном, но неизбежном в их деле.
— Второй? Как и первая жертва, найден растерзанным в заброшенном доме?
— Точно! Я как туда приехал, увидел и сразу подумал: вот только серийного маньяка нам не хватает! Хоть повезло, что репортёры пока не прознали.
— Да, Ксав, газетчики ухватятся за такую сенсацию.
— Нашёл частный детектив, он иногда кое-что просит нас выяснить, сам бывший полицейский, потому болтать не стал.
— Как наткнулся на труп?
— А вот тут и начинается самое странное. Говорит, что на место убийства его навёл медиум.
— Интересно! Надо проверить! Может, этот медиум маньяк и есть? А? Как думаешь? Захотел увидеть своё имя в газете. Опять же реклама.
— Шансов мало. Я сразу запросил архив — вроде чист и с нашими делами не пересекался.
— Тогда откуда узнал место смерти?
— Джон! Вы в такое не верите, а вот моя бабушка…
— А мой дедушка мог разом высосать галлон самогона и не свалиться под стол. Давай не будем. Бабушки, дедушки… Они много чего внукам рассказывают.
— Убийца здоровый, сильный человек с каким-то приспособлением в виде медвежьих когтей или чего-то похожего. По рассказу, медиуму сильно за пятьдесят, на силача он не похож. Не верю, что он убийца.
— Не верю! Я тоже не верю. Так было бы слишком просто, а это не с нашим везением. Не верит он! Пойди и проверь.
Зал совещаний обставлялся с претензией на роскошь: длинный стол тёмного дерева, стоящие вокруг него стулья с обитыми кожей сиденьями и спинками, большая грифельная доска, несколько пробковых стендов для развешивания материалов и (венец комфорта!) телефонный аппарат у председательского кресла.
Сейчас на стендах были приколоты схемы, напечатанные листы и фотографии. Некоторые из присутствующих разглядывали их. Сидевшие вокруг стола непринуждённо болтали. Кое-кто курил сигареты, пара человек листала блокноты, — словом, люди ждали начала совещания.
В дверь стремительно ворвался энергичный старикан, лет немного за шестьдесят, и громко окликнул собравшихся:
— Мальчики, девочки! Тушим сигареты и рассаживаемся за стол. Отныне курить в моём присутствии категорически запрещено.
За столом кто-то тихо хмыкнул:
— Крокодил вновь решил завязать с табаком. Ставлю пятёрку на то, что не продержится трёх дней.
— Отвечаю, — шепнул другой. — Ставлю на два.
На спорщиков цыкнули соседи, а когда все расселись, директор следственного департамента страховой компании начал разговор:
— Итак, дела давно минувших дней. Незакрытое дело о хищении алмазов с почтового пакетбота. Не далее как на прошлой неделе похоронили Вилли Брасса по кличке Ловчила. Улик против него нет, но он мог быть организатором, а то и исполнителем кражи. Во-первых, преступление совершено в его стиле. Во-вторых, Ловчила — в списке гангстеров, которые могли иметь отношение к ограблениям банков. Однако, повторюсь, улик против него нет. Так почему мы сейчас собрались?
— Вилли умер, и вдова может начать распродавать его заначки.
— Именно! Вилли за последние годы сильно потратился на адвокатов. Полиция за ним пристально приглядывала. Значит, у него были большие расходы, а вот поступлений могло и не быть. Возможно, его банковский счёт пуст. Так?
За столом сидели опытные детективы, потому спорить с шефом не стали, и он продолжил:
— Сейчас вдова оглядится, посчитает оставшиеся деньги и начнёт распродавать лишнее имущество. Наша задача — отследить алмазы, если они были у Ловчилы. Потому создаётся специальная группа из трёх детективов под командованием Тоби Гиббинса! Поздравьте мальчика, у него есть шанс всего за неделю выйти в дамки!
«Мальчик» Тоби, полноватый мужчина лет сорока, сразу возразил:
— Одной недели и трех человек мало. Мне нужно минимум пятеро и шесть недель сроку.
— Мистер Гиббинс! Вы просите невозможного! Я не могу оплачивать шесть недель такую толпу народу.
