— Не беспокойтесь, баронесса, — любезно обратился к ней Польман. — Господина Берзиня может и не быть дома, я сейчас узнаю и передам, что его желают видеть…
— Ах, нет-нет! — капризно воскликнула гостья. — Я не отпущу вас от себя! Мы попросим… — Она повернулась к шоферу. — Поднимитесь, пожалуйста, — обратилась она к Штамму. — Попросите господина Берзиня спуститься вниз, если, конечно, он дома…
Штамм взбежал по лестнице, позвонил.
С этой минуты я тоже вступил в игру.
Я уже давно ждал звонка, открыл дверь и увидел перед собой плотного пожилого человека в форме немецкого фельдфебеля. Он взглянул в свою очередь на меня. Описание, по-видимому, совпало с оригиналом.
— Это вас я должен отвезти в Лиелупе? — спросил фельдфебель.
— Да, — ответил я. — Поторопимся?
— Не спешите, — сказал он. — Знаете, кто меня послал?
— С вами должна быть дама, — сказал я.
— К сожалению, она не одна, — сказал шофер. — Кроме нее, в машине начальник гестапо и офицер из канцелярии гаулейтера: они увязались ее провожать. Мне велено передать, что баронесса фон Третнов просит вас спуститься.
— Как же быть? — спросил я.
— У вас, конечно, есть оружие? — спросил шофер. Я похлопал себя ладонью по карману.
— И у меня есть, — сказал шофер. — Я передам, что вы просите господина Польмана и его спутника подняться. Полагаю, мы с ними справимся, другого выхода нет.
Раздумывать было некогда.
— Зовите, — согласился я.
Штамм спустился и через минуту поднялся опять.
— Его не проведешь, — с досадой сказал он. — Польман говорит, чтобы вы сами спустились.
Заставлять даму ждать себя дольше было бы неприлично, я спустился. Штамм распахнул дверцу машины. Дама протянула мне руку:
— Господин Берзинь?
Я поцеловал ей руку и раскланялся с Польманом и незнакомым мне офицером.
— К вашим услугам, баронесса!
Мне показалось, что я ее где-то видел… Баронесса кокетливо посмотрела на своих спутников.
— Господа, мне необходимо посекретничать с господином Берзинем. Моя приятельница…
Польман неохотно вышел из машины, офицер последовал за ним. Они остановились неподалеку.
Рвануть, дать газ и умчаться под носом у Польмана было невозможно, он тотчас же организовал бы погоню, пристрелить его на улице тоже было нельзя.
— Как от него отвязаться? — вполголоса спросила меня та, которая называла себя баронессой фон Третнов.
— Черт его знает! — пробормотал я.
Положение, как говорится, было безвыходное, и тут я припомнил многочисленные намеки Янковской по поводу Польмана. Гренер был связан с заокеанской разведкой, а ведь именно Гренер добивался назначения Польмана в Ригу. Янковская все время называла его своим человеком. Вспомнил я и то, что говорил мне Тейлор, и решил воспользоваться своим талисманом. Янковская пророчила, что он выручит меня в трудную минуту.
— У меня есть одно средство, — сказал я незнакомке и подошел к Польману.
— Господин обергруппенфюрер, разрешите попросить вас на два слова.
— Что вы хотите? — недоверчиво спросил Польман, идя за мной.
Я остановился под фонарем, порылся в кармане и разжал ладонь со своей пуговицей.
— Вам приходилось видеть подобную безделицу?
Польман ничем не выразил своих чувств, но было непохоже, чтобы вид этой медяшки привел его в восторг.
— Откуда она у вас? — бесцеремонно спросил он.
— Купил у одного оборванца, — невозмутимо ответил я. — Я ведь коллекционирую пуговицы, милейший Польман.
— Сейчас не время шутить, — оборвал он меня. — Я слышал об этих трилистниках. Вы получили ее от этого…
Однако он не осмелился произнести имя Тейлора.
— От кого бы ни получил, трилистник, если мне не изменяет память, считается символом счастья. И я решил проверить свой талисман на вас!
В ответ на это Польман криво улыбнулся.
— Мне не все ясно в вашем поведении, капитан Блейк, но, судя по этой эмблеме, вам покровительствует…
Он опять не договорил, кто мне покровительствует. Тогда я перешел в наступление.
— У нас одни покровитель, — грубо сказал я. — Генерал Тейлор.
— Т-с-с-с! — зашипел на меня Польман. — Не называйте его!
— Вы мне мешаете, Польман, — произнес я как можно небрежнее. — У меня с баронессой особые дела.
— Подождите, войдем в подъезд, — остановил меня Польман и повернулся к своему спутнику.
Тот стоял с баронессой у машины.
— Кюнце, я поднимусь на несколько минут! — крикнул ему Польман. — А вы не отходите от машины…
Я понял, что и гостья, до тех пор, пока не будет сдана с рук на руки своей тетке, и, с этого момента, даже я сам — находимся как бы под конвоем.
Мы поднялись по лестнице и остановились на площадке перед моей дверью.
— Говорите! — раздраженно обратился ко мне Польман. — Чего вы от меня хотите?
Нет, убивать его не было расчета…
Если бы даже удалось убить и самого Польмана, и его спутника, в лучшем случае через какие-нибудь полчаса поднялась бы такая паника, что вряд ли нам удалось бы ускользнуть от погони.
Живого Польмана я еще мог нейтрализовать на какое-то время, но, мертвый, он принялся бы преследовать меня с места в карьер.
— Слушайте внимательно, Польман, — сказал я возможно более спокойно и деловито. — Я выполняю особо ответственную операцию по личному указанию…
