Анна посидела несколько минут, разбирая затейливые надписи. Неожиданно поняла, что вникать совершенно не хочется. Почему же, удивилась она самой себе? Да, конечно... она вспомнила, как вот так же изучала родословную Казимира, радовалась, когда видела среди его родни знакомых или друзей своей семьи. Как бывала у него в гостях и говорила с его бабушкой о старых временах, со старшим братом - о тонкостях дипломатии. И родители его очень ей нравились. Нет, нельзя прикипать душой, даже самую малость, пусть сначала все определиться. Анна вспомнила о письме матери Казимира, его тоне, огорченном и виноватом... Рано мечтать о чудесном городке, горах и полезных связях.
Стучали в дверь - негромко и настойчиво. Наверняка Нарицкий. Ну да, естественно, он... Принес пачку писем, газеты, журналы - все это пересылалось из наиболее влиятельных государств. Периодика стран помельче тоже отслеживалась, но получали оттуда почту раз в неделю или реже. Письма - кроме личных. Их обычно читала Анна, а теперь - тетя Беата. Анна была этому рада... не то, чтобы нечастые родственные и дружеские послания ее так уж заботили или отнимали время, но сейчас ее мысли были совсем о другом. И еще все эти выражения сочувствия...
Письма Нарицкий вскрыл и прикрепил к каждому небольшую записку - о чем письмо. В газетах статьи о Дроздах и Королевстве Часов обвел красным карандашом, просто любопытные - синим. В журналах важные материалы отметил закладкой и приложил к каждому краткий пересказ.
Нарицкий был педант... Секретарствовать стал при родителях Анны, одновременно занимался безопасностью замка - в той мере, насколько это важно было для неприступной в принципе крепости.
- Спасибо, положите вот сюда. Есть что-нибудь важное?
- В газетах - ничего особенного. Два прошения на временный отдых, вот - одна их кухарок и помощник доктора. Конюх докладывает, что кони застоялись - надо бы их выпустить, дать поразмяться, а то на манеже да на манеже. Я передаю его слова, Ваше Величество. лунницы говорят, что осеннюю росу можно собирать еще только три недели, потом будет уже ни к чему не годная.
- Хорошо, спасибо.
Нарицкий закрыл за собой дверь. Что ж, тут было славно - у моря, в молчании, в отсутствии многолюдных толп - которые пусть за стенами, но и видны, и слышны... но - пора оставить это место. Нужно подумать о семейных делах и о делах своих замковых подданных (о живших в Королевстве Часов она и без того думала всегда и для них перемещение Дроздов было безразлично).
Обитатели замка - кроме лунниц - были связаны со своими сюзеренами обычным магическим контрактом, предполагавшим определенные взаимные обязательства. В прежних Дроздах жили три магические семьи, связанные с родом Виельгурских сродной магией и вассальными отношениями. Когда Тадеуш ушел из родительского дома, он отправился в Дрозды. Но отец потребовал или серьезно заняться делами поместья - выращивание ржи, гречихи и льна, покос, заботы по небольшой ткацкой мануфактуре, продажа полотна, зерна, прочего, произведенного в поместье. Или дело делай, или передай управление брату, заявил он.
- Замок - не отдам! - заявил Тадеуш. И - на изумление всему миру сделал то, что было до того дня возможно только теоретически. Перенес часть местности, отделенную стенами, за два дня хода от поместья. Перенес - как будто и не было ни замка, ни стен, под которыми с одной стороны был обрыв к реке, с другой - деревенька и поля. Крайние дома мирно примостились под замковыми стенами. Как удивились деревенские жители, когда утром повыходили из своих домов и, почесывая затылки, глянули за заборы и увидели, что их ворота теперь выходят прямо к обрыву...
Все жители предпочли остаться в поместье. Одни лунницы ушли с Тадеушем - легкий, равнодушный народец. Теперь их потомки жили в новых Дроздах, пряли свою серебристую пряжу, учили детей в школе при замке.
Анна полистала газеты, журналы. Отложила. Стоило бы еще раз пойти к Часам.
Она поднялась на седьмой, самый верхний этаж замка. Села за стол. В высоких шкафах вдоль стен были книги, тетради... записи не одного поколения правителей и правительниц Королевства Часов. На самом же столе, на гладкой, темной, полированной поверхности лежал лишь один предмет. Медные Часы размером с ладонь. Закрытые крышкой с завитками вензелей и гербом Виельгурских.
Анна нажала кнопку сбоку часов, крышка неспешно откинулась. Острые тонкие стрелки, часовая на девяти, минутная на двенадцати. Картинка на циферблате - тонкие линии коричнево-охрового или голубого цвета как будто обозначают горы, прожилки рек, моря, аккуратные буковки многочисленных названий теснятся по всей поверхности. Циферблат похож на карту мира... нет, почему "похож"? Это и есть карта маленького мира, скрытого под медной часовой крышкой.
