И тут он замедлился, а потом нырнул в арку. У меня в животе скрутило от волнения. Но проснувшийся азарт преследования не позволил мне передумать. Озираясь по сторонам, я дождалась, пока тёмный силуэт исчезнет во дворе, и почти бегом двинулась за ним.
Вынырнув из арки, я оказалась в маленьком ухоженном дворике, похожем на тот, что был у дома Юлиана. На клумбах распускались нарциссы и крокусы, на деревьях виднелись первые листочки. Но где же моя цель?
Парень в кожанке был уже на другом конце дворика и открывал серую железную дверь в самом углу. Над ней висело несколько флагов, а рядом виднелась табличка. Я с непринуждённым видом пересекла двор, чтобы прочитать, что там написано.
«Генеральное консульство Тувалу. Визовый отдел».
Я нахмурилась. Такое государство вообще существует? Но проверить в Интернете я не успела, потому что рядом со мной из воздуха резко появились Паша и Дима.
– Фуф, получилось! – выдохнул Великий Магистр.
– И вам привет! – отозвалась я.
– Пришлось повозиться, чтобы настроить мой ТИК на твой.
– Ты как? – с беспокойством огляделся Паша.
– Нормально. А вы оставили Катю и Костю ловить Рому?
– Этот тип куда опаснее! – заявил Дима. – Скорее всего, он наш маньяк! Где он сейчас?
Я рассказала им о преследовании и о том, что парень вошёл в странную дверь.
– Что за чепуха? – нахмурился Дима.
– Ну вообще, тут во многих домах консульства, – пожала я плечами. – Хотя это, по-моему, не настоящее.
– Такое государство существует, – заглянул Паша в телефон. – Крошечные острова, до которых максимально сложно добраться.
– Там есть море? – оживилась я.
– Да какая разница! – всплеснул руками Дима. – Пошли зайдём и выясним, что этот непонятный чел здесь забыл.
Он схватился за ручку, чтобы открыть дверь. Дверь между тем не открылась.
Паша достал Всеключ, но Дима покачал головой и потянулся к кнопке звонка слева. Раздалась раздражающая полифоническая мелодия.
– Да, слушаю вас, – последовал за ней приятный женский голос.
– Добрый день! Можно войти? Мы хотели бы подать документы на визу.
– К сожалению, сегодня неприёмный день. Расписание работы визового отдела вы можете увидеть слева от двери.
Действительно, слева была ещё одна табличка, которую мы сперва не заметили. У меня даже возникло подозрение, что она появилась только что. На ней гордо золотилась надпись: «Режим работы». Согласно ему, документы принимались в каждый первый вторник и второй четверг месяца с одиннадцати до часу дня.
– Издевательство какое-то! – пробормотал Паша.
– Всего хорошего, – сказала между тем девушка.
– Постойте! – воскликнул Дима. – Дело не в документах. На самом деле сюда только что вошёл мой друг, и мне очень нужно с ним поговорить! Буквально вопрос жизни и смерти! Пожалуйста, пропустите меня к нему!
– К сожалению, я не имею права впускать посторонних. Если вам нужно с ним пообщаться, позвоните ему и пусть выйдет на улицу.
– Вы не понимаете…
– Всего хорошего, – припечатала девушка.
Мы переглянулись.
– Никакое это не консульство, задницей чую, – отразил Паша общую мысль.
– Ну ничего! Мы всё равно зайдём! – отозвался Дима, закатывая рукава.
Он в двух словах объяснил нам план и немедленно приступил к его исполнению. Для начала он укрыл нас всех щитом невидимости. Затем Паша приложил к двери Всеключ. Открывающаяся сама по себе дверь могла привлечь внимание, но, к счастью, сперва мы попали в небольшой тамбур со стеклянной дверью. Видимо, стекло было для того, чтобы миловидная девушка, которая сейчас сидела за стойкой ресепшена и болтала по телефону, могла видеть, когда кто-то входит. Но Дима немного колданул, и календарь, висевший на стене у неё за спиной, слетел на пол. Девушка отвернулась, и мы проскользнули внутрь.
Холл был совсем небольшим, вправо от него вёл коридор. Обстановка походила на недорогую гостиницу. Вот только, в отличие от гостиницы, не было никаких опознавательных знаков на ресепшене: ни названия фирмы, ни таблицы с прайсом цен, ни рекламных плакатов с островами. При этом в холле я не увидела даже турникета, который мог бы помешать нам пройти дальше. Консульства всегда так выглядят? Или что это за место? Что здесь делает парень в кожанке и почему он шпионил за нами?
Мы не разговаривали, чтобы девушка нас не заметила, только Паша держал меня за руку. Дима потянул нас в коридор. Мы осторожно прошли мимо стойки, и тут нас ждал сюрприз: чуть дальше, метров через пять, проход перегораживала рамка металлоискателя, а рядом с ней за столом сидел сурового вида охранник.
Парня в кожанке нигде не было видно, так что он, должно быть, прошёл рамку. У нас же было два варианта: повернуть назад или рвануть вперёд. Конечно, охранник нас не увидит, но рамка-то сработает. Или нет?
Я посмотрела на спутников. Паша указал назад, но Дима настойчиво тыкал вперёд и быстро перебирал пальцами, изображая бег. Я покачала головой и изобразила прокрадывание вдоль стены. Отступать не хотелось, но в рамке наверняка стоит проявитель и нас увидят. Тогда Паша вытащил из кармана удостоверение, намекая, что мы можем изобразить полицию. Но Дима настаивал на блицкриге.
Спор прервал негромкий голос:
