Павел никак не отреагировал на эти слова Анатолия. Он смотрел на искрящееся солнце, садившееся за тёмные маковки елей, и думал, что его любимые закаты в городе, при всей их красоте, не идут ни в какое сравнение с чудесным закатом в тайге. Золотистый, малиновый, алый и багровый цвета огромного солнечного диска сменяли друг друга. Потрясённый завораживающим закатом, журчанием речных струй и пряных ароматов хвои и трав Павел проговорил:
– Как же здесь спокойно и хорошо! Если бы здесь была еда, и не было так много комаров и мошек, то можно было сколь угодно долго дожидаться спасателей.
Анатолий хлопнул себя по щеке, посмотрел на окровавленную ладонь, испачканную раздавленными насекомыми, и, тяжело вздохнув, сказал:
– Нас тут быстро сожрут кровососы.
Павел направился к вещам, раскиданным на берегу.
– Ты куда? – с опаской осматриваясь по сторонам, спросил Анатолий.
– Поищу свою сумку, в которой лежат ампулы с болеутоляющим препаратом и шприцы, – отозвался Павел.
Толстяк последовал за Павлом. Среди камней лежали сумки, чемоданы, а также разноцветные баллончики, тюбики и другие мелкие предметы. Павел поднял баллончик с репеллентом, опрыскал свою одежду и кисти рук, а затем передал его Анатолию, который тоже обработал себя едкой жидкостью.
– Тут много бесполезных вещей. Я нашёл два тюбика с кремом для загара и один от загара. Зачем они нужны в Красноярске? Это же не курорт, – ворчал Анатолий.
– Летом в Сибири бывает очень жарко, – заметил Павел.
И тут Анатолий воскликнул:
– Ведь это моя сумка!
Он открыл большую синюю сумку, порылся в ней и вытащил банку с тушёнкой и нож.
– Толя, не волнуйся! – тихо сказал Павел, глядя за спину Анатолию.
– Почему я должен волноваться? – удивился толстяк.
– Потому что по тому берегу реки бродит медведь.
Толстяк оглянулся и застыл от изумления. Угрюмо посматривая на людей, к упавшему в речку самолёту направлялся матёрый медведь.
– Плохи наши дела, – прошептал Павел. – Медведь нас не боится. Скорее всего, он раньше не встречал людей. Видно зверь, непуганый охотниками.
Медведь по воде подошёл к покорёженному самолёту и забрался в салон. Павел и Анатолий услышали довольное урчание зверя, доносившееся из самолёта.
– Что он делает? – дрогнувшим голосом спросил Анатолий.
– Похоже, пожирает трупы. Плохо, что он отведал человечины.
– Это ужасно! – прошептал Анатолий, пряча консервную банку в карман куртки.
– Было бы хуже, если бы зверь напал на нас.
– Неужели ему в тайге не хватает еды?
– Медведь предпочитает пожирать несопротивляющуюся добычу.
– Я это учту. Я буду сопротивляться, – забормотал Анатолий, сжимая в руке нож.
– Вот с этим ножиком ты намерен справиться с медведем? Или ты собрался задушить зверя своим коричневым поясом? – насмешливо посмотрев на Анатолия, поинтересовался Павел. – Вообще-то, когда я говорил о несопротивляющейся добыче, то имел в виду падаль, а не застывшего, словно истукан, перепуганного толстяка.
– Заткнись, скелет ходячий!
– Я тебе не завидую, Толик. Сейчас у меня перед тобой большое преимущество.
– О чём ты? – снисходительно посмотрев на Павла, спросил толстяк.
– Как думаешь, кого первым сожрут медведи? Меня, похожего на ходячий скелет, или тебя, аппетитного кабанчика?
– Давай пойдём отсюда, пока медведь не вылез из самолёта, – предложил Анатолий.
Из покорёженного салона самолёта в реку с плеском свалилось человеческое тело. Следом, подняв множество брызг, в воду спрыгнул медведь. Хищник склонился над трупом и, довольно заурчав, принялся рвать труп.
– Смотри! – Павел указал рукой на противоположный берег речки. – Сюда направляется медведица с двумя подросшими медвежатами. Сейчас они дождутся, когда медведь закончит свою жуткую трапезу, и сами примутся за еду. Пока не поздно, нам лучше незаметно уйти отсюда.
Преодолев заросли росшей вдоль речки ольхи, Павел и Анатолий углубились в чащу. Пробираться через бурелом было нелегко. К счастью, комары и мошки не донимали путников – репеллент оказался качественным.
– Ты же говорил, что надо следовать вдоль речки – так можно скорее к жилью выйти. А мы теперь тащимся по глухой чаще! – ворчал Анатолий.
– Как видишь, медведи облюбовали берега речки. Наверно, они ловят рыбу. А от медведей нам с тобой надо держаться подальше, – сказал Павел.
Было тихо, только гудели комары. Тишину нарушил донёсшийся издалека вой.
– Кто это воет? – спросил Анатолий.
– Волки, – определил Павел.
– Этого ещё не хватало! Хорошо, хоть вой доносится издалека.
– Волкам в тайге преодолеть большое расстояние – не проблема. Ты когда-нибудь видел волков на воле или только в зоопарке?
– Только в зоопарке и по телевизору. Я больше не могу идти. Давай отдохнём, – предложил Анатолий.
– Хорошо, – согласился Павел и сел на поваленную ель.
Рядом с ним, пыхтя и покряхтывая, расположился Анатолий. Павел удивился, что он, смертельно больной человек, идёт и почти не устал, а его спутник раскис.
– Как думаешь, нас могут заметить с вертолёта? – спросил Анатолий.
– Даже днём это нелегко сделать, а скоро наступит ночь. Надо разжечь костёр, чтобы нас заметили, – сказал Павел.
– У меня нет ни спичек, ни зажигалки.
