Начался бой. Первый настоящий бой для моей команды. Неуклюжий, нервный, сумбурный. Обезьяны набрасывались по одной-две, прыгая вокруг, пытаясь прорваться сквозь импровизированный строй. Кокос размашисто рубил топором, вкладывая в удары чудовищную силу. Один раз он промахнулся и махом снёс угол бревенчатой стены. Обезьяны легко уворачивались от его чересчур медленных замахов. Зах действовал проворнее, пытался фехтовать своим клинком, парировал атаки когтистых лап, делал короткие нервные выпады. Тимон и Бот во второй линии выглядели потерянными. Тимон с паникой в глазах беспорядочно махал ножом перед собой, больше мешая, чем помогая. Бот же, наоборот, застыл, выставив нож перед собой, как скальпель, и внимательно следил за одной из обезьян, словно изучая её анатомию перед вскрытием. Ни шатко, ни валко, но вроде все держались.
Я наблюдал, оставаясь невидимым. Пока прямое вмешательство не требовалось, они должны пройти через это сами.
Но вот одна из обезьян, самая крупная, явно 9-го уровня, обошла неуклюжего Кокоса и метнулась прямо на Тимона. Парень взвизгнул, отшатнулся, споткнулся и начал падать навзничь. Обезьяна прыгнула ему на грудь, оскалив мелкие острые зубы, и занесла когтистую лапу для удара по лицу.
Момент истины.
Шаг.
Я оказался прямо за спиной падающего Тимона, когда лапа твари уже начала опускаться. Моя Королевская секира, невидимая для всех, со свистом рассекла морозный воздух. Звук был едва слышен, лишь лёгкий шелест, а затем влажный хруст. Голова обезьяны, разбрызгивая фонтанчики тёмной крови, отлетела в сторону, а обезглавленное тело мешком свалилось на Тимона. Красная точка на карте погасла.
Внимание! Убит противник: Морозная Обезьяна (Ур. 9). Получено 33 ОС. Баланс: 76/840.
Тимон лежал в снегу, широко раскрыв глаза от ужаса, пытаясь спихнуть с себя дёргающийся труп. Он смотрел прямо на меня, но видел лишь пустоту.
—
Парень вздрогнул, опомнился. Неуклюже оттолкнул труп, сел, поднял дрожащую руку и направил ладонь на свою грудь, где остались царапины от когтей. Неуверенная зеленоватая вспышка окутала его на мгновение. Он судорожно вздохнул, поднимаясь на ноги.
— Спасибо… Магистр? — прошептал он в пустоту.
Я не ответил, снова отступая в тень. Пусть думает, что это удача или помощь Системы. Они должны учиться выживать сами.
Гибель самой сильной обезьяны, казалось, воодушевила остальных участников моей команды собирателей. Кокос взревел и с удвоенной силой обрушил топор на ближайшую тварь, буквально впечатав её в снег. Зах стал действовать увереннее, его клинок нашёл брешь в обороне другой обезьяны, и та с визгом рухнула на бок. Бот неожиданно сделал резкий выпад и вонзил свой нож точно в глаз подскочившей к нему твари. Даже Тимон, оправившись от шока, неуверенно ткнул ножом в последнюю оставшуюся обезьяну, которую уже добивал Кокос.
—
Парни, тяжело дыша и переглядываясь, немного помедлили, а затем, поборов брезгливость, принялись за работу. Первый совместный бой закончился– победой, хоть и с моей небольшой помощью.
Они продвигались дальше медленно, метр за метром, зачищая дом за домом, двор за двором. Красные точки на моей карте постепенно исчезали. Пух вернулся, беззвучно вынырнув из-за сугроба. Он уже почти достиг 5-го уровня и выглядел совершенно спокойным, лишь шерсть на загривке слегка топорщилась. Он присоединился к группе, теперь работая вместе с парнями, молниеносно добивая раненых обезьян, которых они не могли прикончить сразу, отгонял тех, кто пытался зайти с фланга. Его скорость, сила и смертоносные когти были несопоставимы с уровнем этих F-ранговых тварей. С ним дело пошло быстрее и безопаснее.
Внимание! Питомец Пух получил новый уровень! Уровень Пуха: 5.
Он уже почти догнал по уровню Кокоса, хотя начинал со второго. Зверь!
Отозвать Пуха в карту, его накрыл приступ эйфории от быстрого набора уровней и он поплыл и забился в экстазе.
Мы прошли через то, что когда-то называлось центральной улицей деревни. Картина разрушения по мере продвижения становилась всё более жуткой: разломанные телеги, опрокинутые сани, выбитые двери и окна домов, разбросанные вещи, детские игрушки в снегу… И кровь. Много крови. Уже не только тёмной, звериной, но и алой, человеческой. Замерзшие лужи крови и потёки на стенах домов.
Чувство тревоги нарастало. Где люди? Не могли же они все погибнуть? Может, успели эвакуироваться? Или…
