Он едва успел привыкнуть к твёрдому грунту под ногами, как очутился в кабинете министра.
— Как прошли переговоры? — спросил Джордж Уинстон.
— По крайней мере, они были интересными, — ответил Гант. Его мозг пытался привыкнуть к тому, что тело не могло понять, где оно сейчас находится. — Я думал, что поеду домой, чтобы отоспаться.
— Райан привёл в действие «Акт о реформе торговли» против Китая.
— Вот как? Ну что ж, в этом нет ничего удивительного, правда?
— Посмотри вот на это. — Министр финансов передал Ганту недавно сделанную распечатку. «Это» было докладом о современном состоянии запасов конвертируемой валюты Китайской Народной Республики.
— Насколько надёжна эта информация? — спросил «Телескоп» у «Торговца».
Доклад представлял собой разведывательное донесение. Служащие Министерства финансов постоянно следили за международными валютными операциями. Это было необходимо для того, чтобы определить ценность доллара и других международных валют, котирующихся на рынке. Сюда включался и китайский юань, курс которого заметно упал за последнее время.
— Неужели их запасы упали так низко? — спросил Гант. — Я считал, что у них мало конвертируемой валюты, но не знал, что положение настолько плохо…
— Меня это тоже удивило, — признался министр финансов. — Судя по всему, за последнее время они делали крупные закупки на международном рынке, особенно реактивные двигатели во Франции, и поскольку не смогли оплатить последнюю партию, французская компания заняла жёсткую позицию — ведь только французы продают китайцам реактивные двигатели. Мы отказались продавать двигатели «Дженерал Электрик» или «Пратт и Уитни», англичане тоже не продают им двигатели «Роллс-Ройс». Это сделало французов единственным поставщиком на рынке, что для них совсем неплохо, правда? Они подняли цену на пятнадцать процентов и теперь требуют предоплату.
— Юань попадёт в трудное положение, — предсказал Гант. — Они пытались скрыть это?
— Да, причём относительно успешно.
— Вот почему они так настаивали на успехе переговоров. Они видели, что им предстоит, и потому им требовалось объявление о благополучном исходе переговоров, чтобы спасти свою репутацию. Но они повели игру очень неудачно. Черт побери, если у тебя такая проблема, нужно научиться ползать и унижаться.
— Я тоже так думал. Как ты считаешь, почему они поступили иначе?
— Они гордые, Джордж. Очень, очень гордые. Вроде богатой семьи, потерявшей своё состояние, но не положение в обществе. Они пытаются компенсировать первое вторым. Но из этого ничего не выйдет. Рано или поздно людям становится ясно, что они не платят по счетам, и затем на них обрушивается весь мир. Катастрофу можно отложить на некоторое время, это имеет смысл, если они ожидают богатое наследство, но если корабль не войдёт в гавань, он утонет. — Гант перелистнул несколько страниц, думая о том, что есть и другая проблема с такими странами — ими управляют политические деятели, которые не разбираются в финансовых вопросах и считают, что всегда смогут найти выход из любого положения. Они настолько привыкли идти собственным путём, что даже не задумываются над тем, что ситуация может измениться. В Вашингтоне Гант узнал, что политика — такая же иллюзия, как производство фильмов. Возможно, это и является объяснением того, что политика и фильмы имеют так много общего. Но даже в Голливуде приходится платить по счетам и в конце работы получать прибыль. У политиков всегда есть возможность выпустить казначейские облигации, чтобы финансировать свои счета. Кроме того, они печатают деньги. Никто не рассчитывает на то, что правительство будет приносить доход, а совет директоров — это избиратели, люди, которых политики привыкли обманывать, чтобы удержаться у власти. Все это безумие, но такой является игра в политику.
— Джордж, мне кажется, что этот документ нужно показать Государственному департаменту и ЦРУ. И, конечно, президенту.
— Боже мой! — Президент сидел в Овальном кабинете, курил сигарету «Виргиния слимс», которую получил от Эллен Самтер, и смотрел на экран телевизора. Показывал канал C-SPAN. Члены палаты представителей Соединённых Штатов обсуждали проблему Китая. Содержание выступлений не было лестным, а тон явно был подстрекательским. Все выступающие поддерживали резолюцию, направленную на то, чтобы осудить Китайскую Народную Республику. Канал C-SPAN2 транслировал такое же многословие в сенате. Несмотря на то что слова там были несколько умереннее, их смысл был таким же.
