Наружная дверь годилась теперь только для растопки и зубочисток, а картины, украшающие стену, продолжали украшать её, но без стекла в рамах. На синем диване виднелся ожог с правой стороны, а ковёр, лежащий на полу, получил кратер от одной из гранат.
Суворов и Суслов сидели в кухне, всегда являющейся сердцем русского дома. Благодаря этому они оказались далеко от взрывов и не пострадали, но были потрясены, как и следовало ожидать. Нигде не было видно оружия, что удивило русских, но не Кларка, и оба предполагаемых преступника лежали сейчас лицом вниз на кафельном полу, с руками в наручниках за спиной, и оружие офицеров группы захвата находилось недалеко от головы каждого.
— Привет, Климентий Иванович, — сказал генерал Кириллин. — Нам нужно поговорить.
Старший из двух мужчин, лежащих на полу, никак не реагировал на слова генерала. Во-первых, он ещё не был в состоянии говорить, и, во-вторых, он знал, никакой разговор не улучшит ситуацию, в которой он очутился. Из всех зрителей, находящихся в квартире, только Кларк испытывал чувство сожаления по отношению к нему.
Достаточно трудно вести тайную операцию. Но когда эта операция проваливается — подобное никогда не случалось с Джоном, но он думал об этом достаточно часто, — такой ситуации не позавидуешь. Особенно в этой стране, хотя она больше не была Советским Союзом. Суворов мог утешать себя мыслью, что его положение могло быть и хуже. Впрочем, не намного хуже, Джон в этом не сомневался. Настало время, когда ему следовало что-то сказать русским коллегам.
— Операция проведена отлично, майор. Слишком много взрывчатки, но мы все делаем это. Я говорю об этом своим людям почти каждый раз.
— Спасибо, генерал Кларк. — На лице майора, руководящего группой захвата, появилась улыбка, но не слишком заметная, потому что он старался казаться невозмутимым перед своими подчинёнными. Они только что провели первую настоящую операцию в своей жизни, и, несмотря на то что все были довольны, им хотелось показать, что, разумеется, мы сделали все как надо. Это было вопросом профессиональной гордости.
— Итак, Юрий Андреевич, что будет с ними дальше? — спросил Джон на своём лучшем русском языке.
— Их допросят по обвинению в попытке совершить убийство и в заговоре с целью совершения убийства, а также в государственной измене. Полчаса назад мы арестовали Конга, и он ничего не скрывает, — добавил Кириллин, хотя это не было правдой. Суворов может не поверить ему, но подобное заявление поставит его в неприятное положение. — Уведите их! — приказал генерал. Как только приказ был выполнен, офицер ФСБ вошёл в квартиру, включил компьютер и начал внимательно изучать его. Программу защиты, установленную Суворовым, удалось обойти, потому что они знали ключ к ней. Этому помог «жучок», установленный на клавиатуре несколько дней назад.
— Кто вы? — спросил незнакомец в штатском.
— Джон Кларк, — был удивлённый ответ на русском языке.
— А вы?
— Провалов. Я капитан милиции, расследующий убийство.
— Ах да, убийство ракетой из гранатомёта?
— Совершенно верно.
— Полагаю, это и есть ваш преступник.
— Да, убийца.
— Гораздо хуже, чем просто убийца, — сказал Чавез, вступая в разговор.
— Нет ничего хуже, чем убийство, — ответил Провалов, как и надлежало капитану милиции.
Чавез смотрел на вещи более практично.
— Может быть. Это зависит от того, понадобится ли вам бухгалтер для подсчёта мёртвых тел.
— Итак, Кларк, что вы думаете о нашей операции? — спросил Кириллин, стремясь получить одобрение американца.
— Она проведена идеально. Это была простая операция, но осуществлённая без ошибок. Ваши парни многому научились, Юрий. Они быстро овладевают нужными навыками и работают напряжённо. Они готовы заняться обучением ваших людей, занимающихся специальными операциями.
— Да, я взял бы любого из них на задание, — согласился Динг. Кириллин просиял при этой новости, хотя в ней не было ничего удивительного.
— Они арестовали его, — сообщил Райану Мюррей. — Наш друг Кларк присутствовал при этом. Чертовски благородно со стороны русских.
— Просто хотят быть нашими союзниками, а «Радуга» — часть НАТО. Ты считаешь, что этот тип все расскажет?
— Скорее всего будет петь, как канарейка, — предсказал директор ФБР. — Правило Миранды так и не добралось до России, Джек, а техника их допроса немного жёстче нашей. Как бы то ни было, они могут передать информацию о поимке китайского агента по телевидению, пробудить ненависть народа. Итак, босс, эта война начнётся или её удастся остановить?
— Мы пытаемся остановить её, Дэн, но…
— Да, я понимаю, — сказал Мюррей. — Иногда главы правительств ведут себя, как уличные бандиты. Только у них пистолеты побольше.
«У этой банды есть термоядерные бомбы», — подумал Джек. О таких вещах не принято говорить сразу после завтрака. Мюррей положил трубку, и Райан посмотрел на часы. Пора. Он нажал кнопку интеркома:
— Эллен, вы не могли бы зайти ко мне?
На это потребовались обычные пять секунд.
— Да, господин президент.
— Мне нужно одну, и пора звонить в Пекин.
